— Я ему яйца отрежу.
— Не убивать! — властно приказал господин. — Отпустите, я сказал!
— Но, господин, — взмолился Арут. — Если мы отдадим его Минуцам живьём, он нас выдаст!
— Никто никого не отдаст!
— Что?! — вытаращил глаза Рвач. — Этот кусок дерьма весь день водил нас как ослов на верёвочке.
— Ты будешь мне возражать? — спросил незнакомец, поднимаясь. — Забыл своё место?
— Простите, господин, — опустил глаза здоровяк.
А у пленника вновь появилась робкая надежда.
— Поднимите его.
По грязному лицу незадачливого проводника текли слёзы, застревая во всклокоченной бороде. Он тихо подвывал, дрожа всем телом.
— Ты устал, как и все мы. Завтра продолжим поиски. Отдохни и постарайся вспомнить, где ты ошибся.
Тиллий упал на колени и принялся целовать его заляпанные грязью ноги.
— Ваш раб, господин, душой и телом. Я сделаю всё, только прикажете. Я вспомню, обязательно вспомню. Боги вознаградят вас за доброту. Вы станете богаче Келл-номарха.
— Встань, нам пора возвращаться.
— Вы совершаете ошибку, господин, — отводя взгляд, глухо проворчал Арут.
— Даже если так, не тебе об этом судить! Идёмте, мне надоели эти крысиные норы!
Обратный путь показался ещё более долгим и тяжёлым. Приходилось часто останавливаться, чтобы отыскать нарисованные мелом знаки. Рвач шёпотом ругался, одноглазый угрюмо молчал, время от времени дёргая за ремень. Пленник всякий раз падал от неожиданности, а мучитель глумливо посмеивался. Последним шёл глубоко задумавшийся господин.
Догорал последний факел, когда незадачливые кладоискатели выкарабкались в знакомый подвал на Сухом мысу.
Тилий сидел на полу не в силах подняться. Незнакомец тяжело разогнулся, держась руками за спину.
— Дай мне факел, Рвач.
— Возьмите, господин, — растерянно пробормотал тот, протягивая густо дымящую палку.
— А теперь сверните шею этому ублюдку!
— Нет! — пронзительно завизжал отпущенник.
На помощь поспешил Кривой Арут, и через минуту всё было кончено.
— Иначе вам пришлось бы тащить его сюда самим, — усмехнулся Скунд Арбон.
— А как же клад? — обиженно протянул Рвач, позабывший, что совсем недавно сам собирался прикончить Тиллия.
— Нет никакого клада, — вздохнул радланин. — Мерзавец просто тянул время, стараясь выкупить лишний день своей жалкой жизни. Иначе, зачем лезть под землю на Сухом мысу, а потом тащиться через весь город, если в этот тоннель легко можно попасть из любого канализационного колодца?
— А может, он просто хотел сбежать в подземелье? — добавил одноглазый. — Теперь вы отдадите его Минуцам? Пять тысяч империалов — хорошие деньги.
— Есть те, кто заплатит больше, — покачал головой Скунд Арбон. — Если им подсказать, как правильно использовать эту падаль.
— Приказывай, господин? — воодушевился Арут.
— Вымыться, выпить и закусить, — радланин с отвращением взглянул на свои грязные руки. — Несёт как от раба из городской канализации.
— Завтра у нас с тобой много дел. Предстоит навестить кое-кого из старых знакомых.
— Хорошо, господин, — покладисто согласился одноглазый. — Ещё один день в харчевне и без меня управятся.
— А ты, — Скунд Арбон обернулся к притихшему Рвачу. — Следи, чтобы эту дохлятину крысы не покусали.
— Я его к потолку подвешу? — предложил тот. — Вон и крючок есть.
— Нет, — решительно возразил господин. — Останутся следы от верёвок. Если надо, садись и гоняй крыс палкой.
— Тогда я лучше его вытащу отсюда, — пробормотал здоровяк.
— Делай, что хочешь, — отмахнулся радланин. — Только шкуру не испорть.
Александр работал не торопясь, в своё удовольствие, тщательно проходя каждый шов. Времени до сдачи платья Акелии оставалось более чем достаточно. Заказы на нижнее бельё больше не поступали, да и подруги знатной радланки полагали, что он всё ещё очень занят.
Ввиду отсутствия в Нидосе единоличного правителя, чей двор мог бы служить законодателем моды, наряды здесь оставались неизменными по нескольку десятков, а то и сотен лет. Изображённые на многочисленных фресках люди были одеты примерно так же, как и современники Алекса. Поэтому пришлось отказаться от смелых экспериментов в духе а-ля молодой Юдашкин и взять за основу местные образцы, делая свои платья более узкими, выделив талию, грудь, а также добавить выточки и множество декоративных деталей, легко разглаживаемых бронзовым утюгом.
Ловко затянув узел, он откусил нитку зубами, когда снизу донёсся голос Герноса.
— Алекс, к нам пришли.
"Кто бы это мог быть?" — подумал парень, вставая. В голосе лекаря не слышалось тревоги, тем не менее, он на всякий случай прихватил с собой меч.
— Господин Дрейк, — поклонилась немолодая женщина, в которой Александр узнал рабыню Далнаи. — Моя госпожа просит вас прийти к ней прямо сейчас.
— Зачем? — насторожился юноша.
— Она сказала, что выполнила вашу просьбу, — заученно отбарабанила посланница. — Вас ждёт капитан Птахнеб из Каноба.
Алекс недоуменно посмотрел на лекаря.
Тот важно кивнул.
— Возвращайся и передай, что мы сейчас идём.
Женщина вышла, сверкнув свежей заплатой на заднице.
— И о чём речь? — поинтересовался парень.
