С этими горестными мыслями дроу опустил руку в свою поясную сумку и достал волшебную статуэтку. Подняв её к глазам, он стал пристально вглядываться в миниатюрную мордочку Гвенвивар — верной Гвенвивар, которая больше не придёт на его зов.
Даже не осознавая того, он ласково позвал кошку:
— Приди ко мне, Гвенвивар.
В очередной раз ощущая глубокую потерю, он беспомощно смотрел на статуэтку и настолько отстранился от реальности, что даже не заметил, как рядом уже долгое время сгущается серый туман. Так долго, что Гвенвивар почти полностью обрела форму, прежде чем он заметил её присутствие!
И теперь она была там, рядом с ним, целиком и полностью. Дриззт упал на колени и крепко стиснул её в объятиях, беспрестанно повторяя её имя. Пантера тыкалась в него носом, отвечая тем способом, каким только могла.
— Где же ты была? — спросил Дриззт. — Гвен, как ты была мне нужна! Как ты нужна мне сейчас!
Через какое-то время он успокоился достаточно, чтобы крикнуть:
— Далия!
Он боялся, что эльфийка отошла уже далеко и не услышит.
Однако его опасения оказались напрасными, потому что на его призыв через подлесок с оружием наготове примчалась назад Далия. Она сразу расслабилась, когда, пройдя через последний ряд деревьев, увидела Дриззта и пантеру снова вместе.
— Как? — спросила она.
Дриззт только взглянул на неё и пожал плечами.
— Я позвал её, и она пришла. Может, рассеялась магия, которая её сдерживала, а, возможно, сам собой исправился разрыв в ткани между планами?
Далия нагнулась, поглаживая мускулистый бок Гвен.
— Хорошо, что она вернулась.
Дриззт ответил улыбкой, которая всё больше теплела, пока он наблюдал за Далией, поглаживающей мягкий мех кошки. Теперь её слишком часто встревоженное лицо излучало спокойствие, искреннее радушие и доброту. Такую Далию Дриззт хотел себе в качестве компаньона. К такой Далии он мог бы испытывать привязанность, возможно, даже любовь.
По какой-то причине он подумал о Кэтти-бри, и наложил своим мысленным взором память о покойной жене на изображение Далии перед ним.
— Значит, нам не нужно искать провидицу, — подытожила Далия.
— Похоже на то, — согласился Дриззт, продолжая почёсывать и обнимать Гвенвивар.
— Ну, тогда отошли кошку на охоту, — предложила Далия. Её голос и выражение лица сделались равнодушными.
— Я уже устала от этой ходьбы. Давай найдём убийцу гоблинов и покончим с этой авантюрой.
Это предложение, казавшееся вполне разумным, зазвенело в сердце Дриззта как разбитый колокол. Если бы он только мог, он не стал бы разлучаться с Гвенвивар. И более того, его неприятно поразил тон Далии. Она не считала эту охоту в лесу к югу от Невервинтера каким-то великим или важным приключением. Она приготовилась драться. Когда было иначе? Но для этого были чисто эгоистические причины: необходимость высвободить свой гнев или добыть больше ушей гоблинов за плату. Для личной выгоды того или иного рода.
“Как их занятия любовью,” — погрузился в раздумья дроу. Ранее он решил, что использовал Далию, но разве не было это лицемерие взаимным?
Безопасность дороги, улучшение жизни тех, кто её окружает… эти эмоции не находили отклика в покрытом шрамами сердце Далии. По крайней мере, не в значительной степени и, конечно, недостаточно, чтобы Дриззт увидел её в таком же свете, в котором он когда-то видел свою любимую Кэтти-бри.
Дроу посмотрел на небо.
— Приближается ночь, — сказал он. — Если мы будем охотиться на вампира, как ты полагаешь, нам лучше уйти, чтобы встретить его при дневном свете. Он оглянулся на Гвен и почесал ей шею.
— Мы вернёмся сюда завтра утром.
Мгновение Далия смотрела на него скептически и приготовилась было поспорить по поводу их курса. Но затем ответила, словно прозрев:
— Ты боишься, что тебе придётся отпустить кошку домой, а после с её призывом снова будут проблемы.
Дриззт не стал спорить.
— Можешь ты дать мне по крайней мере хоть это? — взмолился он.
Его вопрос, казалось, поразил эльфийку в самое сердце. Она протянула ему руку, и когда он её взял, Далия поставила его на ноги и стиснула в объятиях, шепча ему на ухо:
— Конечно, — снова и снова.
И Дриззт понял, что в её голосе звучало отчаяние, а ещё он понял, что в самом деле не знал, как реагировать.
Она снова была не такой, какой он только что решил, она была.
По замку Дрейго Проворного крадучись продвигался молодой тифлинг. Он знал, что хозяин был на совете нетерильских лордов. Однако, прожив в этом замке всю свою жизнь, Эффрон также понимал, что и в отсутствии Дрейго это место хорошо охранялось, как магией, так и натренированными и опасными слугами.
Заслышав разговор двух колдунов, Эффрон привалился к стене и затаил дыхание. По голосам он узнал обоих. Они были его ровесниками, хотя, конечно, только по возрасту, а не по способностям. Эффрон был уверен, что дойди дело до драки, он расправился бы с ними без особого труда.
Но куда это заведёт его отношения с Дрейго Проворным?
