— Не очень дружелюбное место, — заметил Афафренфер, когда они впятером шли вниз по дороге мимо обветшалых каменных домов и лавок. Действительно, большинство ставней было плотно закрыто, а другие со стуком захлопывались, когда проходила эта необычная труппа.
— Это неспокойные земли диких существ, — ответил Дриззт. — Горожане насторожены, и не зря.
— Я полагаю, что просто прогуливаясь здесь, мы удвоили их бдительность, — язвительно заметила Далия.
— Я полагаю, что ты недооцениваешь силу поселенцев, — неожиданно вставил Артемис Энтрери, и остальные четверо повернулись к нему, всё ещё сидящему верхом на кошмаре. — Они здесь выживают, и одно это уже не мелочь.
— Хорошо сказано, — заметил Дриззт и ещё раз повторил:
— Это будет прекрасное место для зимовки.
— Почему? — спросил убийца, и когда Дриззт остановился и обернулся, добавил:
— Ты когда-нибудь собираешься нам рассказать?
— Сегодня вечером, — пообещал Дриззт и пошёл дальше.
Дорога разветвилась, но левый путь был заблокирован каменной стеной, под охраной трёх стражников. Эта дорога вела к нижним окраинам города, к гавани и побережью, и, осмотревшись вокруг, пятеро компаньонов увидели, что множество недавно возведённых стен фактически разделили город пополам, на восток и запад. Правое ответвление вело почти прямо на восток к утёсам и к верхней части города, и даже с такого расстояния спутники легко могли определить своё место назначения: недавно построенное центральное здание, ещё не успевшее обрасти мхом и выцвести от непогоды.
Общий зал в “Утешении Камнетёса” был просторен и ухожен, с несколькими ярко горящими очагами. Десятки горожан сидели за круглыми столами, которые располагались перед большой стойкой. Низкая стена позади неё позволяла лицезреть кухонную суматоху.
— Я могла бы привыкнуть к этому месту, — предположила Серая Амбра от такого многообещающего вида. Она не спеша направилась к ближайшему столику, сверкнув улыбкой сидящей там троице: человеку и двум дварфам. Лица всех троих обветрились под приморским солнцем, а руки покрылись мозолями и бугрились мышцами от работы на каменоломне.
— Рада встрече, — сказала им Амбра.
— Ага, дорогуша, составишь нам компанию? — ответил один из дварфов.
Серая Амбра остановилась, оглянулась на своих четверых спутников, подмигнула, а затем именно так и сделала.
— Никаких драк, — заметил Дриззт Афафренферу, когда они проходили мимо стола. — Я не позволю, чтобы нас выбросили из этой гостиницы или таверны.
— У меня едва ли бывает выбор, — признался монах. — Знаешь ли, Амбра любит, чтобы при ходьбе у неё звенели монеты.
— Я знаю, и я видел, но не допущу этого сейчас, — предупредил Дриззт. — У нас здесь важное дело.
— Возможно, ты расскажешь нам о нём в скором времени, — довольно резко ответил Афафренфер и направился к стойке.
Дриззт остановился и повернулся к Далии.
— Останься с ним, — велел он тихо, снова бросая взгляд на неугомонную дварфу. — Изучи нашего спутника монаха. Я должен знать его манеру поведения и степень благонадёжности.
— Он может сражаться, — заметила Далия.
— Но знает ли он
— Он сделает то, что скажет ему дварфа, — сказал Энтрери.
Дриззт скользнул взглядом по столу, где Серая Амбра опрокидывала стопку за стопкой крепкий ликёр с тремя своими новыми друзьями.
— Ты думаешь, что знаешь её? — заметил Энтрери. — Ты видишь в ней Бруенора. Будь осторожен.
— Артемис Энтрери предостерегает меня насчёт тех, кого я выбрал себе в спутники, — пробормотал Дриззт. — Мир сошёл с ума.
Далия рассмеялась и вслед за Афафренфером упорхнула к стойке. Тем временем Дриззт и Энтрери нашли пустой столик в углу напротив двери.
— Этот городок обречён, — сказал убийца, как только они заняли свои места. — Почему мы тратим здесь наше время? — он мгновение подумал над этими словами и слегка их изменил. — Почему ты тратишь здесь моё время?
— Не обречён, — ответил Дриззт. — Если только мы не откажемся от него.
— И ты не можешь, — предположил Энтрери.
Дриззт пожал плечами.
— Здесь у нас есть шанс творить добро, — пояснил он и резко замолчал, когда подошла служанка, чтобы предложить напитки.
— Творить здесь добро? — с сомнением отозвался Энтрери, когда она ушла.
— Люди Порта Лласт заслуживают шанс, — сказал Дриззт. — Они держались вопреки всему.
— Потому что они тупые, — перебил Энтрери. — Я думал, мы это уже обсудили.
— Избавь меня от своих кислых шуток, — ответил Дриззт. — Я серьёзно. Ты жил… сомнительной жизнью. Разве от этого не зудит твоя совесть?
— Теперь ты решил почитать мне нотацию?
Дриззт серьёзно на него посмотрел и покачал головой:
— Я спрашиваю. Честно.
Служанка, юная миловидная брюнетка не старше пятнадцати лет вернулась с напитками, поставила их и побежала по зову с другого стола.
— А звучит так, словно отчитываешь, — ответил Энтрери после большого глотка “Красного Эля Врат Балдура”.
— Тогда я приношу извинения и снова спрашиваю, ты не чувствуешь сожаления?
— Нисколько.
Долгое время они сверлили друг друга глазами, и Дриззт не верил ответу, но решительный тон Энтрери не оставлял пространства для споров.
