Бойцы, которые закрывали ворота, вытащили труп из машины. После чего помогли заложникам выйти и вывели всех из гаража и закрыли его. Гор и Штырь возвращались в допросную.
— Ты знал, что у него будет граната? — спросил Штырь Гора.
— Да, — коротко ответил Гор, глядя вперёд.
— А почему выстрелил? — спросил Штырь.
— Потому что его надо было прикончить, — сухо ответил Гор. Затем пояснил, обрывая лишние вопросы: — Есть у человека такая точка, попадая в которую он не просто умирает, но и оказывается неспособным передать последний нервный импульс.
— Ясно, — не стал задавать дальнейшие вопросы Штырь.
***
— Они предали наш микрорайон, — начал боец с позывным «Пуля».
Предатели сознались в своих грехах. И сейчас оба стояли, глядя себе под ноги. Все, кто остался на базе — порядка тридцати человек, сейчас стояли вокруг них. Сами парни сожалели о содеянном. Но им было ясно, что их никто не простит. Им не хотелось умирать.
— Они продали наших друзей за пиво и телевизор! — кричит Пуля.
Толпа и до него была возбуждена — угон самолёта со значительной частью людей. Вдобавок каких — весь командный состав и сенсов. И кто, вдобавок, это сделал? Те, на кого никто никогда не подумал бы.
— Что вы скажете в своё оправдание? — спрашивает их Пуля.
— Не верьте им! — начал тот, которого недавно поймали. — Они сами не знают, куда ехать!
— Придурок, молчал бы! — пытается вразумить того первый.
— Это всё, что вы хотите сказать в своё оправдание? — спрашивает Пуля.
— Вы — рабы системы! — орёт тот, который начал первым.
— Понятно, — спокойно говорит Пуля.
— Простите меня, смалодушничал, — кается тот, которого поймали и допросили первым.
— Что скажете? — обращается Пуля к толпе.
— Расстрелять их без вот этих расшаркиваний! — крикнул кто-то.
— Смерть предателям!!! — крикнул кто-то ещё.
— Смерть им! — заведённо кричит толпа.
Пара бойцов, стоявших за спинами предателей, молча выстрелила каждому в затылок. На этом показательная казнь кончилась.
***
После того случая парочка бойцов собиралась мчаться за Михалычем в Город. Однако где крепким пинком, а где — незлым тихим матерком удалось им вправить мозги. Пояснили, что никто не знает куда ехать. И поиски почти ста человек — верх безрассудства.
— И что теперь, будем сидеть, сложа ручки? — с возмущением спрашивает один из желающих отправиться на поиски.
— Не знаю, — отвечает Гор, который взял на себя командование базой. — Пока будем ждать. И надо быть готовым ко всему.
***
После всего этого база мобилизовалась. Запасы еды и воды пополнили по максимуму. Бойцы тренировались ежедневно, кроме тех, кто был на дежурстве. Среди оставшихся людей нашёлся тот, который вызвался контролировать связь.
Прошёл день, за ним — другой. Третий. Всё было хорошо. На четвёртый день с базой связались. Связному на земле хватило знаний английского, чтобы понять, что угнанный «Геркулес» возвращается. О чём было немедленно доложено Гору.
Самолёт аварийно сел. Радости на базе не было предела. Хотя и грусти добавилось — не все, кого похитили, вернулись. Позже стало ясно, что появление в рядах беглецов майора Желябова с его людьми, усилило табор. Но и осложнило переезд.
***
Я был рад встретиться со своей женушкой. Мы все были на полосе живыми. Правда — не все здоровыми. Кого-то всё же растянуло по полосе. Кто-то ногу повредил. Пилоты погибли в самолёте. Это сообщили часовые, которые сбежали со стенки прежде, чем её пробило. Они без опаски зашли внутрь.
— Сидят такие, упёршиеся лбами в рули. Не дышат, — пояснил один.
— Понятно, — отвечает ему Гор.
Боец ушёл, мы же остались втроём. Гор сначала хотел рассказать что да как, но именно в этот момент к нам подошёл лысый мужик с седыми усами.
— Товарищ лейтенант, разрешите обратиться, — начал он, обращаясь к Гору. Потом повернулся ко мне: — Или теперь вы за старшего?
— Говори, — говорю ему с усмешкой. — Я вообще гражданский.
— Говори, Морзе, — с улыбкой произносит Гор.
— В нашу сторону движется поисковый отряд, — сообщает Морзе.
— Что? — спрашиваю его.
— Далеко они? — интересуется Гор.
— Сомневаюсь, — ответил Морзе. — Насколько знаю, данная радиостанция способна связаться с бортом в радиусе трёхсот двадцати километров.
— Что вообще ни о чём, — подвёл итог Гор.
— А если по земле? — пытаюсь развить эту мысль.
— Загоризонтная связь возможна где-то километров на тридцать, — говорит Морзе. — Вряд ли больше без репитера*.
— А репитер там вряд ли присутствует, — развивает мысль Гор. — Это уже постоянный пост.
— Тридцать километров, — думаю вслух. — Вряд ли они будут идти пешком.
— А автомобилю это час езды. Два — максимум, — говорит Гор.
— Что будем делать, господа командиры? — подошёл Михалыч.
— По идее вы должны знать, — говорю ему. — Вы — военный. Я бы на вашем месте подготовился к встрече.
— То есть? — не понял подошедший Желябов.
— Моё мнение — пусть приходят, — выдаю свой результат мыслей. — Мы им окажем отпор, тем самым добавив себе где-то ещё с полчаса-час на эвакуацию.
— Что? Опять бега? — с разочарованием спрашивает Морзе.
— Почему? — спрашивает Гор.
— Они её наверняка будут уничтожать, — говорит Михалыч. — Если группа пропадёт.