Один из криминалистов стоял возле открытой водительской двери.
— Да? — отозвался Хант.
— Похоже, здесь всё вытерли. Руль чистый, дверная ручка тоже, рычаг передачи… Все чисто. — Эксперт пожал плечами. — Вывод может быть один: отпечатки стерли.
— Как насчет гильзы?
Криминалист показал пальцем на фургон.
— Гильза у Майклса.
Хант повернулся. Задняя дверь первого фургона была открыта. За привинченным к стене откидным столиком сидел один из экспертов. Гильза лежала перед ним на чистом листке белой бумаги.
— Майклс?
— Секундочку. — Тот произвел с гильзой какие-то манипуляции, выпрямился и повернулся к двери. — Есть отпечаток.
Оставив Кросса, Хант вернулся на участок Джарвиса, где судмедэксперт как раз откапывал третье тело. В сторонке, подбоченясь и поджав губы, стоял Йокам. Высокий и плотный, в сырой болотистой низине он выглядел маленьким и несчастным.
— Третий.
Хант посмотрел на два мешка, лежащих неподалеку, готовых к транспортировке и кажущихся почти пустыми.
— Пойдем отсюда. — Он повернулся, но Йокам за ним не последовал, а перевел взгляд с мешков на отмеченные флажками могилы, которые еще только предстояло раскопать.
— Кто-то должен заплатить за это жизнью.
Хант остановился. За все годы, что они работали вместе, он никогда не видел друга в таком состоянии, с трещиной в броне. Йокам был настоящим профессионалом. Он мог пошутить, но никогда не выказывал чувств.
— Кое-кто уже заплатил, — сказал Хант.
Расчерченное полосами света лицо Йокама казалось сложенным из углов.
— Думаешь, Джарвис действовал в одиночку?
— Не знаю.
— Они же дети…
— Пойдем, Джон. Давай займемся делом.
Йокам покачал головой, и Хант понял, о чем он думает.
Поднявшись по склону, они выбрались из леса. На дороге, рядом с полицейскими машинами и фургоном судмедэксперта, стояли два фургона службы новостей с работающими вхолостую моторами. Йокам увидел их первым.
— Телевизионщики.
— Дрянь дело.
Двое оставленных шефом патрульных сдерживали репортеров, разведя руки и стараясь не обращать внимания на камеры и микрофоны. Увидев Ханта, телевизионщики переключились на него.
— Это правда, что обнаружены еще тела?
— Без комментариев.
— Почему здесь судмедэксперт?
Детективы прошли мимо полицейских.
— Никого не пропускать, — повысив голос, напомнил Хант.
— Детектив! — окликнула его репортер с Четвертого канала. — Детектив…
Хант не остановился и сразу направился к своей машине. Репортер, сопровождаемая операторами, устремилась за ним.
— Вы действительно ищете Джонни Мерримона? — На Ханта накатила вдруг волна злости. Сжав кулаки, он обернулся, и она тут же подсунула ему микрофон. Камера поймала в профиль ее лицо с живыми, блестящими глазами. — Это правда, что он пропал?
Хант посмотрел на дорогу за ее плечом и увидел приближающийся к ним еще один телевизионный фургон.
— Без комментариев. — Он взялся за ручку дверцы.
— Как насчет утверждений о причастности полиции к преступлениям Бертона Джарвиса?
— Что вы сказали? — Она повторила вопрос, и Хант почувствовал, как от лица отхлынула кровь. — Вызови сюда еще патрульных, — сказал он Йокаму и, повернувшись к репортеру, добавил: — А вы, пойдемте со мной.
Не дожидаясь ответа, Хант прошел футов двадцать по дороге и повернулся. Она отстала на три шага и выглядела безукоризненно — с модной прической и в облегающем красном свитере. За спиной у нее только что прибывшая третья группа уже готовилась к съемкам.
— Почему вы задали этот вопрос?
Она не пошла на попятный.
— Так это правда?
— Я не могу комментировать текущее расследование. Почему вы задали этот вопрос?
— Мои источники защищены. — Она привычно вскинула идеальной формы подбородок и подбоченилась.
Хант шагнул к ней.
— На вашем месте я не распространял бы такого рода слухи. — Он посмотрел в упор в ее дерзкие голубые глаза. — Это контрпродуктивно.
— То есть вы отрицаете?
Записи Джонни Мерримона. Распоряжение шефа насчет личных дел. Наручники полицейского образца на запястьях Тиффани Шор. Темный седан на улице у дома Кэтрин. Котенок со сломанным позвоночником. Записка-предупреждение, адресованная Джонни.
— Ваш источник ошибается.
— Я могу это процитировать?
— Можете даже вытатуировать это себе на лбу.
Хант отвернулся и зашагал прочь. Репортер не отставала. Не успел детектив добраться до Йокама, как у обочины остановился фургон службы судебно-медицинской экспертизы из Чейпел-Хилл. Репортеры тут же окружили его, наперебой выкрикивая вопросы.
Хант сел за руль своей машины — Йокам развалился рядом, — повернул ключ, подождал, пока репортеры отступят, и дал газу.
— Что такое? — спросил Йокам, заметив, что друг не в настроении.
— Они знают про Джонни.
— Откуда?
— Знают, что в дело может быть замешан коп.
— Что за чертовщина?
Хант вцепился взглядом в дорогу.
— Кто-то разболтался.
В участок вошли вместе. На этаже их встретили недобрым молчанием и откровенно враждебными взглядами. Хант шел первым, Йокам следовал за ним. Войдя за другом в кабинет, закрыл дверь.
— Неудобно как-то получается.
— Они не виноваты. Телестудия рядом, на Мейн-стрит.
