Влад работает матросом на научном судне. Во время очередного рейса, находясь посреди океана, он узнаёт, что началась ядерная война. Теперь его задача вернуться на берег, к своим самым близким и любимым людям.
Наклонившись, я подставил руки под воду, вытекающую из крана, и резким движением плеснул её себе на лицо. Потерев ладонями щёки, рот и лоб, я глянул на своё отражение в зеркале. Синяки под глазами, небольшая опухшесть из-за недосыпа. Да, не берегу я себя, возникла мысль, ну а что делать, работа такая, мне за это деньги платят, да и самому всё-таки нравится дело, которым занимаюсь. Закончив утренние ритуалы, почистив зубы и умывшись, я вышел из гальюна и пройдя по коридору, вышел на свежий воздух, на палубу. Посмотрев по сторонам увидел только одно, бескрайний океан. Куда ни глянь, повсюду вода, до самого горизонта, и там ничего не видать, ровная линия. Задувал несильный ветерок, поверхность воды слегка рябила. Как же мне нравятся такие виды, это одно из чувств ради которого я и работаю на судне. То самое ощущение, когда на многие километры вокруг, на многие десятки и даже сотни километров нет никого кроме тебя, экипажа, судна и океана. Насладившись свежим воздухом, я пошёл на ходовой мостик, там должен находиться старпом, он всегда утром ждёт команду, чтобы раздать задания. Шагая к нужной двери, я раздумывал над тем, что работать-то совершенно не хочется. В мыслях мне желалось только спать. Вчера отстоял свою вахту на мостике и поспал всего ничего, а теперь опять что-то делать, а так хотелось бы просто выспаться, лечь на кровать и спокойно уснуть, не думая, что завтра вставать рано и работать. Но такое удовольствие мне будет доступно только через месяц, когда рейс закончится, и я вернусь домой. Домой, к жене и дочке. Эх, как они там? Связи совершенно нет, где ей взяться посреди океана? Единственный способ узнать что творится в мире, это когда над нами проходит спутник и на недолгое время появляется доступ в интернет. Да и то что мы постоянно меняем своё местоположение тоже не облегчает задачу связаться с внешним миром. Поэтому как только выдаётся возможность, весь экипаж, три десятка человек, бежит к своим телефонам и компьютерам. Последний раз я разговаривал со своей любимой неделю назад. Говорит что сильно по мне скучает, я, что греха таить, тоже, дочку в школу собирает, как-никак первый класс, всё должно быть красиво, жаль не смогу увидеть этого, в общем обе ждут не дождутся когда я вернусь. Также она сообщила тревожные новости, что за то время пока мы работаем в океане, в мире нарастает напряжённость. Одна страна решила поссориться с другой, и все эти споры могут привести к настоящей войне, но это ещё ладно, страшнее другое, что как одна так и другая имеет ядерное оружие, и как бы его не решили использовать. Остаётся только надеяться, что разум на этой планете всё-таки есть. После таких новостей я стал волновать за семью. Я то ладно, нахожусь посреди океана, и нам ничего не будет, а вот они. Наш дом как раз находится рядом с одним из крупных городов, по которому могут ударить. Но сейчас я ничего не мог с этим поделать, поэтому оставалось только ждать возвращения из рейса.
Добравшись наконец до нужной двери, открыв её, прошёл на ходовой мостик. Это помещение занимало большую площадь, слева направо, вдоль передних обзорных иллюминаторов, протянулась панель управления, на которой имелось огромное количество разных кнопок, рычагов, огоньков и экранов, а посередине находился небольшой штурвал, только за ним никто не стоял, ибо судно ни куда не двигалось, мы стояли на якоре. Подойдя к старпому, что стоял около одного из иллюминаторов и куда-то смотрел, я обратился к нему:
— Здравствуйте, Вадим Александрович. Как обстановка, что мне делать?
Моя собеседник повернулся ко мне, отвлёкшись от созерцания водных просторов и ответил:
— Привет, Влад. Ждём когда наука пришлёт новые координаты, тогда снимемся с якоря, так что будь готов. Рацию держи при себе. А пока иди к первой антенне, надо её покрасить, начала ржаветь. — Договорив, старпом развернулся к иллюминатору и продолжил своё прерванное дело.
— Хорошо. — Я тоже повернулся на выход и пошёл в кладовую за краской и кисточкой.
Через пару десятков минут, идя по палубе, держа в руках покрасочные средства, ведро с краской и пару кисточек, смотря по сторонам, я начал размышлять над нашим рейсом. Пару месяцев назад нас наняла одна из научных контор, захотела проверить какой-то там новый спутник, и мы им нужны для связи с ним, ведь наше судно, "Академик Муравьёв" как раз имеет несколько нужных для этого антенн. Выйдя из порта нашего города, мы сперва прошли море, а потом вышли в океан. Именно там и началась основная работа, мы переходим с одних координат на другие, связываемся с этим спутником, он передаёт данные и мы идём дальше, потом всё опять повторяется. И вот на одной из этих антенн, высокой, громадной конструкции с большим, цилиндрическим основанием и круглым принимающим устройством, начала облетать краска, а мне как матросу требовалось заржавевшее зачистить и покрасить.
