Напарница не ответила. Всполошившись, Макс ринулся к ней и обнаружил ее рядом с красным мотоциклом. Девушка замерла с протянутой к рулю рукой, словно собиралась коснуться байка, но в последний момент остановилась. Макса насторожила не поза Люсинды, а выражение лица: Люси будто увидела привидение, а точнее, старого знакомого, чью гибель успела оплакать. «Байк тоже был красный?» – вспомнил он вопрос, который однажды между делом адресовал напарнице. Скользнув взглядом по мотоциклу, Макс наметанным взглядом отметил, что модель была не новой, но, кажется, байк находился в превосходном состоянии.
– Это он?
Люсинда кивнула. Словно опомнившись, поспешно стянула зубами вязаную перчатку и ласково провела пальцами по кожаному сиденью.
– Я его продала, – хрипло сказала она после долгой паузы. – Когда вышла замуж. У меня началась другая жизнь, и я решила, что лучше оставить в прошлом свои привычки. Покупатель нашелся быстро…
Все это Люсинда произнесла, не глядя на Макса и продолжая поглаживать мотоцикл.
– А когда сделка состоялась, я почувствовала себя так, словно предала друга. Но ничего нельзя было поделать. Я понадеялась, что у него, – Люси коротко кивнула на байк, – будет новая счастливая жизнь. Я тоже тогда была счастлива. Можно сказать, мы с мотоциклом расстались на хорошей ноте.
– Но покупатель был не Арсений? – уточнил Макс, хоть и так догадался. Каким-то образом шаман умудрился разыскать байк и выкупить его у бывшего владельца.
– Нет, конечно, – улыбнулась Люсинда. Ее глаза, когда она обернулась, от блестевших в них слез и на фоне заливающего щеки румянца приняли насыщенный изумрудный оттенок. Макс тихо вздохнул, не зная, то ли радоваться за напарницу, то ли огорчаться, что ее встреча со старым другом произошла при таких обстоятельствах. Арсений, видимо, выжидал удобного момента, чтобы вернуть Люсинде мотоцикл, но момент этот так и не наступил.
Скользнув взглядом по маленькому столу в гараже, Макс заметил папку, словно специально оставленную на виду. Он открыл ее и пробежал взглядом документы о купле-продаже. Шаман позаботился и о том, чтобы оформить мотоцикл на Люсинду.
Макс протянул папку девушке и поспешно сделал вид, что занят осмотром байка. Как так вышло, что никому не понравившийся шаман, в первый момент вызвавший неприязнь, насмешки и подозрение, внезапно стал так дорог? Когда Макс впустил его в душу и стал считать близким другом? Прошло несколько дней с момента возвращения в столицу, и каждый из этих день был похож на разверзшийся ад. Никакого утешения, никакой надежды – сплошная безысходность и глухая стена. Арсений вроде и оставался жив, но при этом не жил. Кома, не кома… Аппараты в дорогой частной клинике поддерживали жизнедеятельность его органов, но никаких изменений не наблюдалось. Врачи не обнадеживали тем, что он придет в себя, начнет дышать самостоятельно, напротив, готовили к худшему. Все хлопоты по перевозке Арсения в столицу и устройству его в частную больницу взял на себя Марк Гвоздовский. Максу же оставалось навещать и ждать.
Признаться, он не раз уже пытался дозваться, достучаться до сознания шамана. Вдруг его душа еще здесь? Нашла лазейку, снова обхитрила Смерть или как-то с ней договорилась? Но, сколько ни пытался, ответом ему была тишина. Арсений не подавал весточек. Макс тешил себя надеждой, что, если даже его душа осталась, как рассказала Марина, в нижнем мире, все равно находится у границы с миром живых. Иначе бы шаман не выжил?
Люсинда в очередной раз перелистала бумаги, повертела в руках приложенный к документам ключ. А потом оседлала байк и завела. Макс отошел, любуясь со стороны девушкой и ее умелыми действиями.
– Он в отличном состоянии. Хоть бери и поезжай.
– Нужно заправить. И шлем дома, – отозвалась напарница. – Да и одного тебя не оставлю.
– Я бы и на такси уехал, – улыбнулся Макс, прекрасно понимая ее. Но Люсинда дернула головой, не соглашаясь, заглушила двигатель и спешилась.
– Когда-нибудь промчимся вместе. Ты на своем, а я… – она не договорила, с мягкой улыбкой похлопала по сиденью. – Когда поправишься.
– Конечно!
Люсинда вытащила из кармана куртки зазвонивший телефон. Увидев имя на экране, она нахмурилась, а потом отчего-то покосилась на Макса, будто в поисках поддержки. Может, звонят ей из клиники с новостями об Арсении?
Но звонил Люсинде отец.
– Я в порядке, – ответила девушка. – Пообедать вместе?..
Она сделала паузу, опустила взгляд и закусила губу.
– Хорошо. Да. Пообедаем вместе, – ответила Люси так, будто решилась на что-то сложное. – Нет. Не в ресторане. Дома. У… тебя. Да. Уверена.
Станислав Родионович, услышав такой ответ, неожиданно радостно воскликнул. Люсинда бросила на Макса еще один взгляд, а затем перевела его на мотоцикл.
– Папа… Мне нужна помощь. Нужно забрать… кое-что. Прямо сейчас.
Ее щеки заалели и цветом стали почти как байк. Заметно нервничая, Люсинда заходила туда-сюда.
– Это мотоцикл, – произнесла она с вызовом, явно ожидая возражений и упреков. Но Станислав Родионович лишь громко вздохнул в трубку.
– Купила, что ли?
– На что? – усмехнулась Люсинда.
