— Да нравятся конечно, просто… — на языке крутилось банальное, что-то про разницу в возрасте и про «куда мне в мои то годы». И ещё сказки современного кинематографа про истинную любовь, одну на век. Возможно именно этими убеждениям я бы и мог довольствоваться в прошлом, но со всеми новоприобретёнными силами, знаниями и опытом, они выглядели слишком уж топорно. — Просто как-то уж слишком быстро всё произошло.
— Рррромантик, — пробасил Чёрный, прекрасно чувствуя невысказанные вслух мысли, ведь в этом пространстве они буквально витали в воздухе. — Они выбрали тебя, ты выбрал их. К чему сложности?
— Ну так ведь… любовь… — начал я произносить сумбурную мысль, но до конца не сформулировал и залил её протяжным глотком сладкого и пенного.
— Любовь и с меньшего строится, — нравоучительно произнёс Чёрный, вытягивая лапы. Он тоже явил себе на столике бокал с каким-то цветным коктейлем и теперь медленно потягивал его через трубочку, сместив сигару на левую сторону клюва. — Вот помню, как однажды с двумя орлицами общался. Ох и полетали мы тогда! Вверх, вниз, влево, вправо, прямо сквозь острые горные пики. Чуть меня не расклевали тогда, но уж я то показал, кто в гнезде хозя…
И уж не знаю, был ли это какой-то хитроумный ход, но Чёрный мастерски вынудил меня перестать прятаться в подсознании и вернуться в реальность. Потому что я точно не оказался готов слушать длинную и последовательную басню о его пернатых похождениях, рассказываемую в самых мельчайших подробностях. Мне ещё моя психика дорога, да и с девушками беседу откладывать не стоит. Тем более, самая активная фаза закончилась.
Уже будучи в ванной комнате и намывая их спины, я начал деликатно обсуждать их совместный порыв и выяснил интересное. Если Лилия в виду своего волчьего воспитания просто напросто хотела разделить чувственную близость с «сильным и хитрым», то вот Лаура поделилась со мной теми веяниями, которые не только им в подпольной мед-лаборатории нашёптывали, но и по всему миру активно внушали. Пока я в своей деревеньке глухой догнивал, закон о многожёнстве прошёл рассмотрение во многих странах и в большинстве был принят уже лет двадцать как.
Мне только головой оставалось удивлённо покачать. Вот уж верно, век живи, век учись и что для меня дикость, для нынешних почти-что норма. Видать с демографией всё стало совсем плохо, раз государству пришлось пойти на такие меры. Ох, знали бы они истинную причину проблемы, наверное так бы не паниковали.
— Значит вы в жёны мои намылились, так получается? — спросил прямо, намыливая острые ушки пунцовой, но внутренне крайне довольной Лауре. И вот уж чего-чего, но я не ожидал, что в этой милой скромнице начнёт разгораться столь яркий, решительный и волевой огонёк. Даже сейчас он горел розовато-алым светом на фоне её белоснежно молочной ауры. — А моего мнения чего не спросили?
Ушки Лауры нервно дёрнулись, но ответила она спокойно.
— Мы в целом-то и не ожидали ничего такого, Семён. Просто подумали, что так будет лучше чем… ничего не делать. Матушка сказала, что мы можем попробовать и нарекла взаимности не ждать, так что вот. Всё как-то само получилось. — она развела ладонями в извиняющимся жесте и я на это в бороду хмыкнул.
Само получилось, а радостные сидят, как будто кашу заварили и она отменного качества вышла. И если Лаура старалась вида не подавать, то девушка-волчица нисколько не стеснялась радоваться их общему успеху.
Вот уж кто была по уши довольна всем, так это она. В огромной ванне под пеной лежала и лишь моська её сытая над водой находилась. Почувствовав мой взгляд, она сладко потянулась и авторитетно поведала.
— Хоррошо успели с тобой, Лауррь. Не мы бы, так сестрры учителя утащили. Не мои, так твои. — проворковала она своим грассирующим говором и нырнула под пену.
— Так. Это она о чём? — решил уточнить у Лауры и та заалела ещё сильнее.
— Нуу, мы просто как бы… — с сомнениями в голосе начала отвечать девушка, не желая раскрывать женские секреты. Дабы правды добиться, я провёл по её ушкам особенно мягко и она сдалась. — Нуууммв. Мы просто не единственные, кто на вас претендовал, Семён. Другие тоже думали…
— Вооот значит как. — произнёс я с ироничным восхищением, сам же над собой смеясь.
Ну вот действительно, кто бы знал, что для попадания в «цветник» и для обретения взаимной любви необходимо всего лишь несколько десятков километров пройти. Прошлый я не поверил бы такому раскладу и так бы и помер в одиночестве в мёртвой деревеньке. Нынешнему мне оставалось только принять происходящую действительность. Она конечно до сих пор подозрительна и крайне стремительна на складывающиеся события, но сдаётся мне, что это неспроста.
