Ещё немного… Ещё чуть-чуть… Вот уже показались из леса уродливые создания с длинными раструбами на брюхах и я наконец осознал, что всё. Больше в гирю не лезет. И потому крикнул так, что наверное и без рации Толик меня услышал.
— ТОЛИК! Б 5 ВВЕРХ-ВНИЗ!!!
И собственно, он сделал именно то, что я его попросил. Простой элемент пилотажа, в котором машина пять секунд идёт свечкой в небо, а после переворачивается и столько же идёт вниз. Когда уходишь от погони и при этом отстреливаешься, кооперироваться с водителем жизненно необходимо и потому Анатолий по старой памяти отреагировал верно и выполнил манёвр идеально.
В верхней точке, когда машина застыла, а после носом пошла к земле, я вонзился усиленными пальцами в металл крыши, прицелился и запустил напитанную энергией гирю прямиком в центр плюющихся снарядами тварей. И, к сожалению, огненным взрывом я полюбоваться не успел, так как один из снарядов всё таки попал в нашу машину.
Удар был сильным.
Переднюю часть смяло и ультра-кар пошёл кругами, заставляя то небо, то землю перед глазами постоянно меняться. К тому же, ударом меня сдвинуло к капоту и теперь два кирпича со скрежетом ходили по лобовому стеклу, оставляя царапины и трещины. Переведя эфирку в восприятие, я в замедленном времени увидел, как Толик двигает рулём и рычагами подачи газа, выравнивая ход и, как от вращения вжавшись в дверь, Елизавета крепко прижимает к себе девочку. При этом ни он, ни она не замечают, что замок ремня безопасности Лизки вылетел из паза и свободно болтается в воздухе.
Очередной удар потряс машину, и я словно в страшном сне с ужасом увидел, как ужааааасно медленно двери со стороны Елизаветы открываются и она выскальзывает из салона, успевая отбросить от себя девочку в сторону Толика. И он успел схватить малышку, но не Лизку и мне пришлось совершать рывок по обшивке ультра-кара, чтобы вцепиться в падающую вниз подругу.
И да, поймать я её успел, но удерживаемые меня кирпичи вылетели из салона следом, полетев вместе с нами к земле матушке, из которой их и породили.
К чести сказать, я не испугался. Даже успел напоследок отдать по рации приказ Толику лететь до поместья и не останавливаться, а сам же сгруппировался, прижал к себе Елизавету покрепче и принялся усиленно сплетать воздушные потоки вокруг и под спиной.
И к сожалению, жёсткий удар о землю прямиком в мою голову случился гораздо быстрее, чем я успел притормозить. Боль оглушила и последние мысли цеплялись за реальность, пока я скатывался в бездну обморока.
Вот ведь странно… Мы же были выше… А в прочем… дальше моё сознание ускользнуло также легко, как и Лизка из машины и мне ничего не оставалось делать, как отдаться небытию. И уж не знаю, к счастью или к сожалению, но оно оказалось не долгим.
Тебе тоже про клюв объяснить, Белый?
Звук долетал словно сквозь слой спрессованной ваты. Не знаю даже, откуда пришла такая ассоциация. Быть может от Грея, проверяющего однажды звукоизоляцию лаборатории или от Сергея, контуженного во время одной из перестрелок и лежащего под ворохом поролона от взорванного сидения ультра-кара. В любом случае этот шум достигал моего сознания, заставляя морщится на высоких нотах дребезжащего эха, гуляющего в черепной коробке.
— … .емён!!!….емён…ись!!! — кричали совсем близко и в то же время далеко. — … ёрт…ебя…ери, а ну вставай!!!
В грудь что-то кольнуло и боль начала растекаться по телу. Плечо, спина, шея, голова… особенно голова болела нещадно и складывалось ощущение, что укол не был причиной тому, а подчеркнул лишь то, что уже случилось.
А что, собственно, случилось?
Стоящий перед глазами туман начал сменяться вспышками света. Искажённая, с ползущими цветными кругами, картинка передо мной становилась всё чётче. Кто-то навис надо мной, наклонился к лицу и…
— Семён очнись!!! — вонзившийся в уши крик заставил меня скривиться, ибо вместе с болью во всём теле ко мне вернулся и слух.
— … лииизка не кричии… — мучительно выдавил, в попытке закрыть уши, да только, кроме боли в руках, самих то рук я и не чувствовал.
— А ну лежи, не вставай! — воскликнула Елизавета, распаковывая зубами очередной инъектор и прислоняя остриё к моему телу.
— Так вставать или нет? — прохрипел ей в ответ, получая жалящий укол, после которого боль начала медленно отступать.
— Похами мне ещё! — огрызнулась она, накладывая повязку на мою голову, тем самым заставляя болевые искры перед глазами нещадно сверкать.
Но не смотря на это, мне удалось разглядеть пространство, в котором мы находились. Лес, кусты, длинная просека поваленных деревьев прямо передо мной и настойчивый запах гари, лезущий в ноздри. Что-то тлело совсем рядом и по последним приходящим воспоминаниям я уж подумал, что мы упали совсем рядом с уничтоженной броском гири засадой. Вот только приглядевшись, своё решение я тут же поменял. Дело в том, что там где на нас напали, в основном рос сосновник, а здесь же в основном преобладали ели и берёзы.
