Сами они превратились в тех, кем себя считали — Лилия в в получеловека-полуволчицу, а Лаура в почти копию самой себя, только с ещё более длинными ушками и с телом, перетекающим в молочный туман. Лежащая перед ними Варвара и вовсе выглядела усталой и больной волчицей с человеческим лицом. Спокойным и отрешённым, будто и не покрывало тело волчицы множество кровавых пятен.
И чем ближе я к девушкам приближался, тем отчётливее слышал их беседу.
— А может попробовать сплести нити вот так, Лили? — предлагала остроухая, вытягивая ярко-салатовый поток и смешивая его с тёмно зелёным потоком волчицы.
— Давай попррробуем Лауррь. — проворковала Лилия, с восторгом глядя за ловкими манипуляциями девушки.
В отличие от Лауры, целебные потоки волчицы были гораздо мощнее, но и менее гибче. Совместными усилиями сплетя энергетический жгут, они направили его на Варвару и... ничего не произошло. Количество ран так и не уменьшилось.
— Не сррработало, — раздосадованно проворчала волчица, наклоняясь к своей матушке и мордой остренькой обнюхивая. Что интересно, эмоции на этой морде очень походили на человеческие, да и всё тело выглядело антропоморфным. — Ещё попррробуем?
— Да, давай, — задумчиво промолвила Лаура, туманными пальцами успокаивающе вчёсываясь в её загривок. — Вот только как? Мы всё перепробовали.
— Может спрррросить учителя? — предложила здравую мысль волчица.
— Семёна? Можно. Вот только за эксперименты наши он может наругаться. — пробормотала горе экспериментаторша, которая совсем недавно чуть не померла, когда решила своей эфирной сутью от меня побегать.
Будучи прямо за их спинами, я до сих пор оставался незамеченным. Всё внимание девушек целиком и полностью занимала их работа с потоками. И с одной стороны, их бы пожурить за такие непроверенные методы, а с другой стороны ведь и похвалить можно, ведь лечат, стараются, способы ищут. И пока я думал, с чего начать, их разговор совсем в другую тему утёк.
— Не поррругает. Семён хоррроший. Добрррый. Сильный. — начала довольно ворчать дифирамбы в мою честь Лилия и Лаура хихикнул.
— Он что, тебе нравится? — прозвучал нескромный вопрос, но волчица нисколько не засмущалась.
— Нррравится! Хоррроший самец. Хитррый, — рявкнула она утвердительно и голову на бок наклонила. — А тебе нррравится?
— Ну…как тебе сказать… — настала очередь Лауры смущаться и в этом пространстве происходило сие крайне мило. Она всей своей молочной кожей начала равномерно розоветь. — Он в целом симпатичный, как мужчина. И хороший как человек. Да и он мне жизнь спас, так что…
Она не решалась признаваться, но Лилия и так всё поняла.
— Нрррравится. — осклабилась она и бедром мохнатым её толкнула.
— Ну да нравится! — совсем уж заалела остроухая, острый кулачок в ответ волчице в подмышку пихая, вызывая тем самым рычащий смех.
— Кхр-кхр-кхр, тогда ррразделим хорррошего самц… — но предложение Лилия не успела закончить.
Присев за их спинами и положив ладони им на плечи, я тихонько спросил.
— И что вы собрались делить, о прекрасные?
И о как же они вздрогнули! Как засияли в астральном пространстве! У волчицы шерсть дыбом поднялась, а Лаура смущением заалела, как маков цвет. Я уж подумал, что она и вовсе такой останется.
— И не стыдно вам на бедной женщине эксперименты ставить? — потрепал обеих, от чего те практически на одной ноте заскулили.
— Ну, мы это… попробовать хотели… — пропищала краснеющая Лаура.
— Пррростите учитель. — заискивающе проворчала Лилия, под рукой моей страшась разве что только угрозы наказания.
В остальном же она мне обрадовалась, даже хвостом виляла и в руку старалась властиться. И настолько она позитивно и заразительно это делала, что желание пожурить тут же на второй план ушло.
— Ладно уж. Вы молодцы, но впредь лучше спрашивайте, — поднялся я, сразу же получая от волчицы радостные обнимашки. Лауре же я руку протянул и взял аккуратно её туманные пальчики, к которым молочно белый цвет возвращался. — А не получалось у вас потому, что душевные травмы целительной энергией не лечатся.
— А какой лечатся? — задала Лаура вопрос, преодолевая смущение.
— Любовью и временем, — ответил ей честно и мягко толкнул энергетическое тело девушки в сторону её тела. Точно также поступил и с волчицей, а после и сам вынырнул, продолжая разговор уже в реальности. — И в целом, за попытку, моё вам уважение. Единственное но, надеюсь, Лаура, ты рассказала Лилии, что далеко за пределы телесной оболочки эфирным телом отлетать опасно.
— Да, конечно, — закивала она, ладошками прикрывая румянец на щеках.
— Учитель! Мой! Рррада! — тут же подлезла ко мне Лилия, втискиваясь лицом в грудь и поскуливая.
На весь этот кипишь Варвара не просыпаясь застонала и под тёплым одеялом перевалилась на другой бок. Одновременно затихнув, мы услышали наконец тихонький стрёкот ундины, привлекающей наше внимание. Дабы хоть как-то общий язык найти, она взяла со столика Лауры блокнот и цветные карандаши и теперь показывала нам картину, с изображением грозной Елизаветы, указывающей вниз на лестницу.
Ребус оказался не сложный и я спросил у Астры.
— Елизавета нас всех вниз звала?
