Она с упоением разговаривает с Женей, а я уже мысленно прощаюсь с жизнью, ну не кошка же я с девятью жизнями, столько раз находила приключения на свою голову, видимо, вот и допрыгалась.
— Все, игра в детектива и помощницу разведчицу закончена!
Закрываю глаза, а в воздухе слышу два четких выстрела и свист пуль, открываю глаза и вижу широко распахнутые, дикие глаза и небольшую кровавую точку на лбу Серафимы, а затем, её тело безжизненно рухнуло на пол. Медленно перевожу взгляд на Женю, вижу такое же отверстие, только в области груди.
— Женя?!
Я даже не обращала внимание на Татьяну, подорвалась с места с такой мощностью, что выломала к черту с корнем этот подлокотник, который оказался на удачу слишком хлипким, и словно не замечая этих наручников, потянула её за собой как тряпичную куклу, упав возле Жени на колени, я судорожно стала руками прикрывать его рану.
— Женя?! Больно?! Подожди, подожди пожалуйста…
Он прижимает меня к себе в объятия, а я пытаюсь вырваться из его хватки, но Женька продолжает придавливать меня к своей груди еще сильнее.
— Спокойно! Не мельтеши так, на мне броник!
— Сейчас… Сейчас, подожди…
— Лиза, блять!
Женя слегка встряхивает меня за плечи и незначительно повышает голос, видимо чтобы привести меня в чувства и обратить на себя внимание, чтобы я закрыла свой рот и его послушала.
— Какой к черту броник?! Я же думала она тебя… И ты…
— Перестань нервничать, будущая мамаша, ты вредишь моему ребёнку. Все закончилось.
Поворачиваю голову за спину, смотрю на обездвиженное тело Серафимы, не верю глазам, будто это сейчас происходит не с нами. Рядом на коленях также сидит Татьяна и своими огрызками пытается помочь присесть Жене. Не, ну это уже наглость.
— Руки убрала от него!
— Да я помочь ему хотела.
— Ещё одно прикосновение, ты у меня будешь ходить с протезами на руках!
Озлобленно, скидываю её дряхлые руки к широких плеч Жени, а сама обнимаю его за шею одной рукой и прижимаюсь к нему как можно крепче.
— Слушайте, шоу «закованные» вон у парня стамеска в руках, сюда тащите, разделим сиамских близнецов.
Спустя время…
Вечер.
После такого насыщенного дня на будоражащие и эмоциональные события, мы всей нашей дружной компанией сидели и ужинали у Татьяны. Я конечно не особо горела желанием здесь находиться, но, есть до ужаса хотелось, а дома шаром покати, вот всегда говорила, это обжорство до добра не доводит. Сижу стиснув зубы, пытаясь выдавить из себя вежливую лыбу, а у самой сейчас молния на щеках разъедется в разные стороны. Глядя на Татьяну, намеренно теснее прижимаюсь к Казанцеву и мысленно нагоняю на неё косоглазие, лишь бы она не смотрела так в его сторону, но видимо чувствуя мое напряжение, Женя трепетно целует меня в висок и приобняв мои плечи, крепче прижимает меня к себе. Ха! Выкуси бабуль!
— Так что, вот такие вот дела.
— Уму непостижимо, мы же с ней рядом жили, и даже не догадывались кто за всем этим стоит, кошмар какой-то!
Сидя в изумлении, Татьяна потирала двумя руками виски.
— Татьяна, я всё хотел спросить, а что у вас с лицом?
Удивленно поинтересовался мой спутник, обводя меня язвительным взглядом, отыскивая явное мое причастие в этой ситуации. Да уж, этого не проведешь.
— С лицом?
Ой мамочки… Ну подумаешь, лицо Татьяны немного приобрело цвет загорелой черешни, ну да, перестаралась маленько, хорошо хоть к чертям вообще не расплавила ее кожу, да и Казанцев скот пронырливый, ведь понимает что без моего содействия тут не обошлось, иначе как сейчас понимать его жест, прислоняется к моему уху и шепчет так, чтобы слышала только я.
— Я надеюсь, потом от тебя услышать эту увлекательную историю… Безжалостный отпариватель.
Целует мочку моего уха и сосредотачивает свой ожидающий взгляд на сеньоре помидоре, а я, от паники и настигании очной ставки, лихорадочно беру вилку и утыкаюсь чуть ли не носом в стоящую перед собой тарелку с запеченной бужениной и брюссельской капустой. Сдаст же! И к гадалке не ходи.
— У косметолога была, за один прием сдирает столько, что страшно вслух произнести, но зато, обещал результат разглаживания морщин грандиозный.
— Ой как повезло с косметологом, адресочек не дадите?
Медленно поднимаю на неё ну такие невинные глаза и хлопнув ресничками пару раз для эффекта милоты, улыбаюсь краешком пухлых губ, да издевательски интересуюсь. Удивленна на самом деле, думала сдаст с потрохами.
— Обязательно.
— Жэк, а что всё-таки с телами, где она их прятала?
Влезает Толик, разливая по нашим бокалам кому французское дорогое, коллекционное вино Шато Шеваль Блан, выдержкой в восемнадцать месяцев, а кому-то задрипанный томатный сок.
— Гера вызвал своих ищеек из Москвы, они перерыли дом Серафимы и его территорию, нашли две урны с прахом, я так понимаю, это и есть тела председателя и Алены.
Вовлечено общаясь с Толиком, Женя берет два бокала в руки и один с соком передает мне.
— Спасибо… Но мне все не дают покоя эти документы.
Нахмурив брови, все не унималась я.
