Грейс глубоко вдыхает холодный воздух. Решение принято. Она чувствует себя лучше, чем за все последние недели.
Очаровательный Поверенный Иен не оплошал на первом свидании. Он приятен и интеллигентен, но не вкрадчиво вежлив, а действительно внимателен и мил. Когда их сажают за столик рядом с постоянно хлопающей кухонной дверью, он откашливается и вежливо, но твердо просит, чтобы их пересадили. Софи нравятся как его деликатное покашливание, так и твердость.
Она спрашивает, что за шрам у него под глазом.
– Было бы неплохо, если бы я получил этот шрам, сражаясь на дуэли, – смеется Иен. – Или на войне, или, по крайней мере, занимаясь каким-нибудь экстремальным видом спорта. Но на самом деле это отметина от ветрянки, которой я переболел в одиннадцать лет.
– Ветрянка! – восклицает Софи. – Вы меня разочаровали!
– Между прочим, я тогда чуть не умер. Это меня не оправдывает?
– Нет. От ветрянки сильно чешутся, и это совсем не романтично.
Софи без труда выбирает вино. Иен задает вопросы о ее жизни, но не допытывается, за кого Софи голосует, почему она до сих пор не замужем и любит ли оральный секс. Он интересуется ее работой, но при этом не держится снисходительно. Он не рисуется. Он приветлив с официанткой. У него красивые руки. Он правильно держит нож и вилку и не ставит локти на стол.
Он водит дорогую машину, но не кажется фанатом автомобилей.
Он в разводе, но в нем не чувствуется желчи или цинизма.
Иен целует Софи на прощание, и это чудесно. От него дивно пахнет. Он не шарит у нее во рту языком, как шустрая ящерица. И не стукается зубами о ее зубы.
– Я позвоню, – говорит он, и Софи знает, что так и будет.
Поверенный Иен – настоящая ловушка.
Засыпая, она думает о Кэллуме и Грейс. Их отношения, вероятно, начались с такого же идеального первого свидания. А теперь, пожалуйста, вон до чего докатились.
Той ночью ей снится, что она в постели с Иеном. Опершись на локоть, он с улыбкой смотрит на нее, но Софи пытается скрыть отвращение, потому что Иен покрыт ужасными болячками от ветрянки. «Зачем тебе сдался этот шелудивый адвокатишка?» – говорит Кэллум, присаживаясь на краешек ее кровати. На руках он держит маленького Джейка. Софи в ответ радостно смеется.
Роза невозмутимо заправляет длинные седые волосы под ярко-розовую купальную шапочку, а Софи в это время скачет по твердому, холодному песку, потирая покрытые гусиной кожей руки, и спрашивает:
– А не кажется ли вам, Роза, что сегодня утром слишком холодно для купания?
– Обещаю: будет здорово, и мы очень взбодримся, дорогая.
Роза медленно подходит к воде. У нее молочно-белая спина с багровыми старческими пятнами и выпирающий позвоночник. Глядя на длинные ноги Розы, Софи представляет себе красивое спортивное тело молодой девушки. Роза поднимается на покрытую зеленым мхом скалу и ныряет почти без брызг, а потом плывет вольным стилем.
Этой женщине без малого девяносто.
Софи со вздохом следует за ней. Ныряет и испытывает настоящий шок: кажется, что сердце сейчас остановится. «НИКОГДА! – мысленно кричит она себе. – НИКОГДА НЕ ДЕЛАЙ ЭТОГО БОЛЬШЕ!»
