Выходим из общежития. На улице уже начинает темнеть. Проступающие через сгустившийся серый туман белые силуэты зданий с сияющими светом окнами, кажутся размытыми. Ветер злобно бьет меня в лицо, теребит воротник куртки, морально подготавливая к схватке.
Шатенка держит меня под руку, прижимаясь всем телом.
– Свет, холодно же. Может, ты обратно в общагу уже пойдешь? Чего мерзнуть? Я и сам прекрасно до дома доберусь, – предлагаю девушке. Если что-то начнется, лишние свидетели мне точно не нужны.
– Нет Леш, тут остановка недалеко. Я тебя сейчас на транспорт посажу, и потом отправлюсь назад. Мне так спокойней будет, – решительно отвечает девушка.
Молчу. А что тут сказать? Обратно она точно сейчас не пойдет, пока не убедится, что я благополучно уехал.
Выходим из двора общежития. Со скамейки дома напротив, отделяются две темные фигуры. Чутье опять меня не подвело.
– Света, пожалуйста, не вмешивайся, – придерживаю, возмущенно рванувшуюся навстречу ухмыляющимся парням шатенку.
– Я сам разберусь. Только не мешай. Все будет нормально, обещаю тебе, – шепчу в маленькое розовое ушко.
Девушка останавливается, пристально смотрит на меня и, что-то уловив в моих глазах, послушно кивает.
– Подожди меня здесь. Я быстро, – прошу её, и иду навстречу чернявому и его дружку.
– Что щенок, страшно? – злобно ухмыляется чернявый. Предвкушающий расправу, довольный приятель маячит сзади, метрах в трех от него.
– Очень, прямо трясусь от ужаса, – я абсолютно невозмутим.
Встретившись с моим спокойным взглядом, Витек останавливается. Наглая ухмылка медленно сползает с его лица, в глазах на долю секунды мелькает неуверенность.
Я тихо вдыхаю холодный воздух, входя в боевой транс, и делаю шаг навстречу чернявому. Кровь начинает струиться по жилам быстрее, мысли обретают невероятную четкость и яркость, движения становятся плавными и резкими.
Витя, сбитый с толку моим уверенным видом, теряет спокойствие.
– Тебе что урод так здоровье потерять хочется? – орет он, схватив меня обеими руками за воротник куртки и подтянув к своему лицу.
Теперь я знаю: все будет очень легко. Противник – идиот. Семенович еще год назад рассказывал и показывал, что захваты «за грудки» просто подарок для человека, знающего рукопашный бой и умеющего драться. Противник фиксирует себя в уязвимой позиции, и при этом его руки полностью заняты. Легкая мишень. Делай с ним, все что хочешь. Отреагировать и защититься забияка все равно не успеет.
Агрессивное движение чернявого, заставляет меня окончательно «включиться». Дальнейшие события опечатываются в сознании яркими обрывочными картинками.
Удар в четверть силы ладонями, собранными в чашки по ушам чернявого. Он наносится снизу вверх с небольшим резким замахом. Сильное воздействие разрывает барабанные перепонки и может привести к летальному исходу. Слабое – вызывает резкую боль, дезориентацию в пространстве, полуобморочное состояние.
Чернявый резко воет на одной ноте, согнувшись и схватившись руками за уши. Рывок за куртку, подсечка, контрольный тычок костяшками кулака в солнечное сплетение, и стонущий парень калачиком сворачивается на пыльной земле.
Летящий на помощь друг получает удар ноги в корпус, откидывающий его на пару шагов назад. Хват за рукав его куртки, резкий рывок на себя, одновременно со встречным движением, и я оказываюсь за спиной нападающего. Моя правая рука мягко проскальзывает к нему под подбородок, а предплечье левой сдавливает шею с обратной стороны.
«Пять, шесть, семь», – отсчитываю секунды, ощущая, как хрипящий хулиган замолкает, и медленно обмякает, тяня меня на землю. Держать в удушающем захвате можно не больше десяти секунд. Иначе возможен летальный исход. А так, просто сознание потеряет на некоторое время.
Мягко опускаю бесчувственное тело на землю. Оно с глухим стуком падает на асфальт.
– Ты их не покалечил? – обеспокоенно спрашивает подошедшая Света, смотря на распростертые на земле фигуры.
– Да все нормально будет, – беспечно машу рукой, – я с ними очень аккуратно работал. Даже никому ничего не поломал. Через минут пять-десять очухаются, и будут в относительном порядке.
– Тогда пошли побыстрее на остановку, – шатенка снова берет меня за руку.
– А эти потом к тебе не доколупаются? – уточняю на всякий случай, – Может дополнительно, воспитательную беседу с ними провести?
– Не надо. Мне они ничего не сделают. А если попробуют пристать, просто пошлю их подальше.
Доходим до остановки. Чуть вдали от таблички с номерами автобусов и троллейбусов виднеется желтый силуэт одинокого такси с водителем, дремлющим на откинутом сиденье.
Стучу пальцем по стеклу машины. Водила просыпается, несколько секунд промаргивается, и, опустив стекло, вопросительно смотрит на меня.
– Шеф, до Комитерновской подкинешь? Или ждешь кого-то? – уточняю у него.
– Свободен я. Трешка и поехали, – хрипло звучит сонный голос таксиста.
– Секунду, – разворачиваюсь к шатенке.
