– Сложно с русалками… Писал явно Пламмель. НСРБ – это, конечно, «не сработало». Теперь только на кувалду надежда, – сочувственно сказал Бермята.
Настасья отняла у него список:
– Ну-ка, ну-ка! Раз это список Пламмеля – значит, он полный! Где тут был пропуск? Ага, здесь! – палец Настасьи ткнул в бумажку между «атакующими прищепками» и «стрелами амура». – Вот!
«Перчатка клептомана.
В кармане у Евы что-то знакомо шевельнулось, будто мелкий зверёк услышал своё имя и теперь интересовался, зачем его позвали. Вначале высунулся один палец, потом другой, и перчатка ловко поползла по рукаву, взбираясь к локтю.
– Эй! – воскликнул Бермята. – А это ещё что?!
– Она ещё в электричке ко мне прицепилась, – оправдываясь, сказала Ева.
– Да, – сказала Настасья. – Мелкие артефакты могут быть привязчивы. Особенно учитывая твой дар…
Перчатка перескочила на стеллаж, перебирая пальцами, побежала между артефактами – и вдруг исчезла. Некоторое время спустя она обнаружилась вновь, уже не на стеллаже, а на плече у Евы. Ева почувствовала, что перчатка потяжелела. Ощупала её снаружи. Что-то твёрдое. Довольно длинное. Ева перевернула перчатку. Из указательного пальца выскользнула острая длинная кость с зазубринами. Зазубрины были только с одной стороны. Первая напоминала нож, а за ней на расстоянии примерно ширины пальца располагались ещё две небольшие.
Внезапно Настасья выхватила у неё эту кость и спрятала к себе в карман. В коридоре послышался топот, и, окружённый магами спецназа, в комнату ворвался размахивающий тростью Нахаба. За ним четыре атланта тащили окаменевшую горгулью. Клыки её были оскалены, крылья распахнуты. Кажется, она оказалась у окна и на неё упал солнечный свет.
– Пальцами, волосами и ушами не шевелить! Глазами молний не метать! Руки держать так, чтобы я их видел! – рявкнул Нахаба, но, заметив Настасью, застыл на месте. – Где Фазаноль, разрази вас гром?!
– Ну вот… Началось… – сказала Настасья, погрустнев.
Час спустя они шли по парку вдоль озера. Настасья разглядывала кость, ощупывала зазубрины, хмыкала, но никакими мыслями не делилась. Сзади шёл Бермята, за ним Ева и унылый, несчастный, потерявший веру во всё Юстик. Позади всех вышагивал освобождённый от лианы атлант номер 598, которому Юстик дал приказ «не потеряйся!». Атлант изо всех сих старался не потеряться. Чтобы он не бросался в глаза гуляющим пенсионерам, магент Веселин натянул на него случайно нашедшийся у него в кармане морок двухлетнего ребёнка. Это была обычная ленточка, которая привязывалась к ноге.
– Вы слышали, как он на меня орал? – жаловался практикант.
– Орал знатно, не спорю! – признал Бермята. – Я ещё по отцу своему в детстве проверял. Обычно орущего человека, если его не перебивать, хватает секунд на сорок. Если же перебивать, то он будет орать вообще бесконечно.
– А Нахаба сколько орал? Никто не засекал? – с интересом спросила Настасья.
– Нахаба орал в общей сложности минут тридцать, потому что мы перебивали его все вчетвером. Хорошо, что позвонило начальство и орать стали уже на Нахабу. Кстати, вот кто железно знает правило сорока секунд! Сам Нахаба! Ни разу не перебил. «Так точно», «Слушаюсь», «Виноват» – и ни одного писка в своё оправдание, пока с той стороны трубки окончательно не утихли! Большой, большой жук этот Невер Невзорович!
Практикант возмущённо подпрыгнул. С его костюма полетела грязь.
– Я Невера Невзоровича хорошо знаю! Он дал нам ровно двадцать четыре часа, чтобы мы решили эту проблему! Он мстителен и беспощаден, как бешеный хорёк! Ровно через сутки он закатает меня в асфальт!
– Успокойся! – Бермята похлопал магента Веселина по спине, вытрусив из костюма некоторое количество пыли.
– Не могу успокоиться! Всем будет плохо! Меня уволят, вас турнут из музея Чехова и лишат практики, а её вообще зомбируют! – Юстик ткнул пальцем в Еву. – Припомнят ей рыжьё и тех магов на вокзале – всё на свете припомнят! В случае провала виновные нужны будут просто в колоссальных количествах! Один Нахаба не захочет за всё отвечать!
Настастья подняла горсть камешков и стала бросать их в воду:
– Не пугай девочку! Хоть мне и не нравится принудительный подход, всё-таки он здорово стимулирует! Нам срочно нужна идея! А что такое идея? Парадоксальная связь нескольких разрозненных явлений, которые никто раньше не связывал. Так говорил Поль Валери.
