– Командир! Еще один скончался! – появилось в кадре лицо оперативника в штатском. – Мы довели его до дома и проверили документы в подъезде. Во время проверки документов он вдруг скончался: похоже на сердечный приступ. В общем, как всегда!
– Дом выходит на Кутузовский проспект?
– Да! Соседи говорят, что он снимал квартиру на девятом этаже.
– С зарплатой гастербайтера?
– Все! Берем всех. Внимание! Слушай мою команду!
– Идет кортеж президента. Будет здесь через минуту, – сообщил оператор.
– Полковник, вы что – хотите стрельбу устроить? Постарайтесь без шума! – сказал человек в штатском у них за спиной.
– Товарищ генерал, может остановить кортеж?
– Полковник, останавливать кортеж нельзя! Это не входит в наш план. Лучше заблокируйте стройку.
– Группа А – заблокировать стройку. Игорь выдай картинку оперативникам и спецназу, – скомандовал Командор.
– Внимание! Президент в нашей зоне ответственности, – объявил чей-то, голос, и на поперечных улицах включились красные светофоры, запрещающие выезд на правительственную трассу: небольшие ручейки машин с поперечных улиц застряли на перекрестках, что бы пропустить по главной дороге машину Президента.
Два огромных грузовика панелевоза со строительными материалами отъехавшие от стройки, встали в очередь на перекрестке в хвосте колонны из нескольких легковых машин – теперь движение наблюдалось лишь на правительственной трассе.
– Кто пустил сюда грузовики? – спросил генерал за спиной.
– Это же строители! У них пропуска до стройки, а переулки и выезд на правительственную трассу контролирует ГИБДД.
– Какое, на хрен ГИБДД, отставить. Приказываю группе В захватить грузовики! – закричал Олег.
Не успеют – кортеж идет! – крикнул Игорь и на переднем плане по проспекту проскочили на огромной скорости две патрульные милицейские машины, с мигалками и сиреной, потом в нижнем углу экрана появился президентский кортеж из шести черных машин.
Все другие попутные авто, реагируя на спец сигналы, замедляли ход и прижимались к обочине в правом ряду.
Разгоняться начали лишь оба грузовика из переулка, те самые со стройки, которых не успели остановить: в сторону трассы, вдруг, двинулся двадцати тонный тягач-панелевоз, со строительными конструкциями, а следом за ним рванул второй. Водителей в них не было – они управлялись дистанционно.
– Шеф, началось! – закричал оператор на пульте.
– Олег, это уже покушение? – спросил Майкл невпопад у Олега.
– Не произноси вслух, а то сглазишь, – мрачно произнес тот.
Грузовик, разогнавшись, двигался вперед как танк: не снижая скорости и сбивая на своем пути, как кегли, одну легковушку за другой, вот он проскочил до перекрестка, и отбросил в сторону машину ГИБДД, стараясь перегородить всю проезжую часть Кутузовского проспекта.
Ему наперерез, ускоряясь и подставляя свой правый бок, ринулась первая машина из охраны Президента: в ее крыше открылся люк, и выдвинулась невысокая башенка с автоматической пушкой, которая трассирующими снарядами ударила сначала по кабине и мотору первого тягача, потом по его скатам, за секунду, превратив их в лохмотья.
Первый грузовик, вильнув вправо, сбил дорожный столб и застыл на полдороге, но из-за него вырвался второй.
Расплющив бок у машины охранения, он сцепился с ней в смертельных объятиях и медленно пополз на голых скатах по асфальту, превращаясь под огнем в груду металла, потом у него взорвался бензобак и все три машины превратились в огромный костер.
Поддавшись видно панике, оператор подъемного крана на стройке, потерял управление, и стальной контейнер, подвешенный на его стреле, выполз прямо на трассу между строящимися домами через ограду, повиснув прямо над шоссе.
Движение на проспекте смешалось: машины, которые были далеко от места взрыва, не обращая внимания на светофоры, ринулись в переулки, стараясь выйти из зоны обстрела, те же, которые находились вблизи, прижимались к обочине, высыпая из салона людей. Майкл никогда не видел, что бы так быстро бежали люди пытаясь найти укрытие.
Из встречного потока, который встал, лишь один, ошалевший, водитель добавил газа и рванул вперед, двигаясь по дуге прямо на машину Президента, но ему наперерез двинулась вторая машина охранения.
Когда они столкнулись – раздался взрыв. Он был такой силы, что обе машины разлетелись на куски, калеча прохожих и выбивая стекла во всем квартале.
Несколько автомашин на дороге перевернулось и загорелось, но три бронированные машины кортежа остались невредимы – неутомимо, как боевая фаланга, они, сократив дистанцию между собой, двинулись вперед по встречной полосе, объезжая обломки, и, наверное, успела бы проскочить, но тут в лобовое стекло первой машины попала бронебойная пуля.
Пробив толстое стекло, она влетела водителю в грудь и он, едва успев затормозить, уткнулся лицом в рулевое колесо.
Теперь на кортеж обрушился целый шквал огня – сначала были расстреляны скаты всех машин, а потом весь огонь был перенесен на президентскую. Судя по тому, как лопались бронированные стекла и появлялись дырки в стальном корпусе, огонь велся из снайперских винтовок большого калибра.
