Дмитрий пошептался с ним, и объяснил Майклу: – Разведку подняли по тревоге – в Москве зреет путч. Здесь остался охранник и секретарша.
– Дмитрий! – спросил Майкл, – А почему на улицах нет военной техники?
– Президент запретил использовать армию – он не воюет с народом. А с оппозицией идет игра, типа шахмат, только в отличие от той игры, фигуры здесь меняют цвет.
– И откуда берутся предатели – ведь в вашего президента стреляли и русские тоже?
– В мире нет однородного общества – попадаются и сумасшедшие, и фанатики, и зомбированные. Можно с детства вырастить в особых условиях убежденного убийцу. А еще, есть профессиональные наемники. Бывает еще, человека шантажируют близкими людьми – это похищения. Впрочем, сейчас без похищений….
– А это как?
– Ну, например, выпьете ты или твой ребенок в ресторане стакан сока….
– Ну и …?
– А там электронный вирус, микроскопический, глазу незаметный… Тебе его подлили специально. Ну и, проходит эта штука через желудок в кровь и садится на какой-нибудь нерв, например, передающий сигнал к сердцу или еще куда. И можно по радиосигналу в нужный момент мучить человека, останавливая работу сердечной мышцы, и запуская снова. Представляешь – у твоего близкого приcтуп на грани смерти, если ты не выполняешь условия шантажистов?
– Чего только не придумают ради зла! – решил Майкл.
Все вошли в здание, и Майкл осмотрелся: на первом этаже особняка располагались небольшой конференц-зал и несколько офисных помещений.
Второй этаж, куда они поднялись по дубовой винтовой лестнице, миновав по пути дверь с кодовым замком, по комфорту больше напоминал маленький отель с резной мебелью, большим холлом и кожаными креслами.
Из всех комнат в поле их зрения, только одна была открыта, и Майкл заметил в ее глубине за компьютером девушку в деловом костюме.
– Сегодня дежурит Вороника, – объяснил Дмитрий Майклу и поздоровался с порога: – Привет Вороника! Со мной гость!
– Как его называть? – спросила Вероника.
– Называй его просто ‘Дорогой Гость’, – предложил Дмитрий, – только, пожалуйста, не пропускай слово гость.
– Как прикажете, – улыбнулась она.
– По сотовому телефону разговаривать здесь нельзя, – предупредил Дмитрий. – Да у тебя и не получится – сканер засечет набор номера, и телефон будет заблокирован. Если тебе очень будет нужно, я разрешу позвонить пару раз по спецсвязи. Спецсвязь не пеленгуется. А теперь пойдем устраиваться на ночь: тут до конца коридора апартаменты – выбирай любые. All Inclusive.
Майкл зашел в первый попавшийся номер обставленный как номер о отеле. Холодильник на кухне был забит до отказа закуской и винами.
– Тут удобно, – оценил Майкл.
– Мечта нелегала. Здесь можно жить автономно, – согласился Дмитрий.
– Дмитрий, а ты ни куда не уедешь? – спросил Майкл, который чувствовал себя не совсем уютно в новом месте.
– Нет, я охраняю тебя. Отдохни пока, а если что, позовешь меня.
Дмитрий ушел в комнату к Веронике, а Майкл устроился на диване перед телевизором, перебирая пультом телевизионные программы. В глазах его до сих пор стояли кадры бойни на Кутузовском, но, ни один из дикторов не говорил об убитых, как будто в Москве ничего не происходило.
Погибшие и раненые не выходило у Майкла из памяти, и в голову не лезла ни одна развлекательная программа. Пощелкав пультом, Майкл выключил телевизор и просидел так часа два, надеясь, что позвонит Наталья, однако она не звонила.
Нервы его не выдержали и, выйдя в коридор, он позвал: – Дмитрий!
Пришел Дмитрий и спросил: – Чего тебе?
– Дмитрий, можно мне связаться с Натальей? Ты обещал!
– Пойдем в комнату спецсвязи.
Дмитрий повел его мимо Вероники в помещение со шкафами с аппаратурой, с переплетением проводов и фидеров. Секретарша занимала только часть помещения – у нее был стол с компьютером, несколько шкафов с документами и коммутатор. Вся остальная аппаратура располагалась в соседнем отсеке, за толстой стеклянной перегородкой и приоткрытой дверью, так что дежурная могла видеть все, что происходит, за стеклом, но, наверное, не слышала ничего. Впрочем, насчет того, все ли она видела, тоже было не все очевидно: Майкл знал, что в офисах часто ставят стекла, которые по желанию персонала меняют прозрачность, и даже становятся совсем непрозрачными.
С Дмитрием они зашли за стеклянную перегородку и сели за стол с аппаратурой: – Оператор, дай мне Командора…, – попросил Дмитрий, и, дождавшись ответа, спросил: – Олег Дмитриевич, наш гость просит соединить его с Воронцовой. Разрешите выполнять?
– Ей передадут, – ответил раздраженный голос командора, и связь разорвалась.
– Вот видишь, надо подождать – она позвонит, когда сможет, – попробовал утешить его Дмитрий: – А может и не позвонит: представь, у нее важные переговоры на международном уровне, может она переводит министру, и тут вдруг ты… Выпей-ка пока кофе.
В системе связи, на столе вдруг, что-то щелкнуло, и раздался голос охранника, дежурившего на первом этаже: – Нельзя наверх!…Я доложу!. Дмитрий, к тебе Макс рвется ….
– Макс? Зачем? Дай его мне! – попросил Дмитрий: – Что случилось Макс?
