За ними в том же направлении быстро прошла Воронцова с бумагами. На Майкла она взглянула мельком, даже не поздоровавшись, и он не понял, что означал ее взгляд – удивление или вежливое внимание. Вообще-то, он ждал от их встречи большего и теперь разочаровано отвернулся.
Тони с русским вернулся нескоро. У русского было красное от выпитой водки лицо, а разговаривал он с Тони на повышенных тонах. Позади них шла Воронцова, временами включаясь в разговор, что бы перевести несколько фраз.
Майкл сделал вид, что не замечает ее, и увлечен просмотром снимков, но Воронцова, проходя мимо, притормозила и поставила перед ним на откидной столик пластиковую тарелку с пирожными, принесенными из бара.
Потом она, как ни в чем не бывало, пошла дальше, а Майкл впал в состояние эйфории: про него не забыли.
У него был еще повод пойти в салон бизнес класса, ведь у него на руках оставались горячие снимки, которые наверняка заинтересуют Тони. Майкл двинулся за Натальей, но натолкнулся на заслон из охраны.
– Передайте мистеру Сноу фотографии, – попросил Майкл одного из охранников. Тот пошел выполнять просьбу, а Майкл, подождав минуту, хотел уже удалиться, когда Тони вышел к нему сам.
– Кондор, это что? – спросил он, размахивая фотографиями.
– Сэр, у русских, кажется, проблемы, – их газопровод разорван в трех местах – объяснил Майкл.
– Взорван? – не поверил Сноу. – Это точно? Мне никто не докладывал!
– Эти снимки я сделал сам пять минут назад.
– Интересная новость! Никому пока не говори! – оживился Сноу.
– Похоже, кто-то хочет совать сделку!
Видно, со снимками Майкл попал в точку: Тони информация заинтересовала. Он благодарно кивнул и исчез в салоне, а Майкл вернулся на свое место. Сделал он это вовремя потому, что экипаж уже объявил о посадке.
Самолет спланировал на посадочную полосу, мягко сел и вырулил к аэровокзалу. Пассажиры быстро спустились по трапу, и Тони с толстым русским, переводчиками, охраной сели в вертолет с эмблемой ВВС США, который вылетел в город.
Остальные направились к зданию аэровокзала, где всех быстро вывели через зеленый коридор в транспортный терминал. Здесь их уже ждали: к терминалу одна за другой подъезжали машины с тонированными стеклами и, забрав несколько пассажиров, отправлялись в путь.
Майкл забрался в первое же свободное авто, а за ним в салон успел заскочить какой-то чиновник в сером мышином костюме и с толстым портфелем в руках. Машина двинулась в сторону города, а Майкл спросил попутчика: – Вы из министерства энергетики?
– Нет, из министерства финансов!
– Деньги привезли? – пошутил Кондор, показывая на портфель чиновника.
Чиновник обиделся на его ироничный тон и объяснил важно:
– Я вношу новые компании в реестр собственности США.
– И много уже внесли? – подмигнул Майкл.
– Уже месяц, работаю без продуху – мы регистрируем сделки, каждый день, – пожаловался тот.
– Интересно, сколько стоит средняя компания? – спросил Майкл.
– Коммерческая тайна, – зашептал чиновник. – Могу сказать лишь, что за эту компанию русские получат дипломат, наполненный алмазами, и еще кой-чего.
Машина въехала в город и двинулась по проспекту с дорогими отелями. Сзади раздался рев клаксона, машины, которая хотела их обогнать, отчего чиновник вздрогнул.
– Сэр, тут не опасно? – спросил он.
– Думаю, что нет, – сказал Майкл.
Их машина въехала через шлагбаум, в квартал, огороженный бетонным забором, и они оказались перед Американским посольством.
– Выходите быстрее, переговоры уже идут, – предупредил человек, встречающий машины и показал дверь, куда заходили люди. Переговоры происходили в зале приемов, а в вестибюле зале расположились технические службы: связь, переводчики из МИДа, представительства министерств и Туркменского правительства.
Майкл нашел стол с табличкой Министерство энергетики, поздоровался с системным администратором и сел, в ожидании, пока он понадобится Тони.
Несколько листов спецификаций Майклу вынесли, почти сразу, и он полчаса терпеливо считывал информацию, сверяя ее с банком данных. Не найдя ошибок, он подписал документы и передал их через посыльного Тони.
Переговоры продолжались долго – часа четыре, потом двери распахнулись и стали выходить чиновники. Настроение у них было благодушное.
Вышел и Тони: – Все Майкл, твои снимки с фактами диверсии пригодились – мы объявили сделку рисковой, и русские добавили на кон завод по сжижению газа.
– Сэр, я Вам еще нужен? – спросил Майкл.
– Нет, иди – отдыхай. В посольстве на нас забронированы номера. Только будь на связи.
Тони вернулся к русским, отмечать сделку, официанты повезли к ним дорогое шампанское и коньяк. Майкл ждал, что пригласит и его, но видно секретная часть переговоров не окончилась. Он еще долго стоял возле переговорной комнаты, в надежде, что оттуда выйдет Воронцова, но, в конце концов, решил – не судьба.
Оставалось потратить с пользой, оставшееся драгоценное время.
– Когда самолет возвращается в Москву? – спросил у какого-то чиновника.
– В девять вечера, – сказал тот.
– Еще восемь часов до отлета, – подумал Майкл, глядя на часы.