Бывали дни, когда у него появлялись основания ожидать сюрпризов, приятных или неприятных, но сегодня был не один из них. Тем больше было удивление Антона, когда к нему подошел другой следователь. Нельзя сказать, что это был друг: друзей Чеховский не заводил, но со всеми старался приятельствовать.
Само по себе появление коллеги не было особо подозрительным, а вот вопрос, который он задал, — другое дело.
— Слушай, Палыч, а ты тут никому дорогу не перебегал?
— Многим и часто, — кивнул Чеховский. — Но конкретно здесь и за последние сутки — нет. Откуда вдруг такой интерес к моей вне всяких сомнений скромной персоне?
— Вот и мне интересно: откуда? У меня тут приятель работает в информационном отделе… Я понимаю ровно половину того, что он обычно говорит, все эти компьютерщики не от мира сего… Но сегодня он мне интересную штуку сказал.
— Надо полагать, связанную со мной, раз ты здесь?
— Вроде того. Говорит, нашу систему кто-то ломал и рылся в делах нескольких следователей, в том числе и в твоем. Скорее всего, хулиганство какое-то. Дела уже проверили, ничего не исчезло, не изменилось, это не попытка кого-то подставить. Но никто до сих пор не знает, что это вообще было. Я и подумал: а вдруг ты знаешь?
— Я о многом в своей жизни говорю с уверенностью, но не об этом.
— Слушай, ты можешь сказать, как человек — «не знаю»!
— Не знаю, — послушно повторил Антон.
— Вот, не так уж это сложно! Ладно, сиди, не парься, это сто процентов не проблема.
— Да я и не собирался, но спасибо за предупреждение.
Чеховский не солгал, он действительно не знал наверняка, кто влез в систему. Но не были его слова и правдой: он догадывался. Анна Солари уже сообщила ему, что преступник, которого они ищут, вполне может оказаться хакером. Не забыл Антон и о том, как кто-то испортил его рабочий компьютер. Возможно, конечно, это совпадение, однако с совпадением ничего не поделаешь — и оно ничем не грозит. Следователь же предпочитал готовиться к худшему варианту.
Так что теперь ему придется окончательно принять столь неприятную версию о том, что за убийствами стоит маньяк.
Антон дождался, пока его знакомый отойдет подальше, сделал вид, что сообщение его нисколько не задело. И лишь когда никто больше на него не смотрел, он достал телефон и набрал номер Анны.
Она отвечала ему не всегда, иногда этот номер был недоступен. Однажды Антон предпринял попытку отследить его — без особой надежды на успех, просто испытал удачу. Результат оказался предсказуемым: номер не отслеживался, да и принадлежал он не Анне Солари, а какой-то маленькой консалтинговой компании, занимавшейся непонятно чем.
Но на этот раз все сложилось удачно, гудки очень быстро сменились ее голосом.
— Слушаю. Что-то случилось?
— Ничего не случилось, но опасаюсь, что может.
Он рассказал Анне все, что узнал от коллеги. Она разбиралась в компьютерных делах куда лучше, чем Антон, и теперь слушала его внимательно. Правда, даже когда он закончил, она не спешила с выводами, и молчание в трубке напрягало.
— Так что? — поторопил ее Антон. — Может это быть он?
— Я, скорее, затрудняюсь сказать, кто еще это может быть, если не он.
— Но зачем ему понадобилось рыться в моем деле? Есть более простые пути узнать мой адрес и телефон, если это ему нужно…
— Не это, — возразила Анна.
— А что тогда?
— У нас тут не совсем обычный убийца, у него есть свои принципы, которым он, полагаю, следует достаточно четко. Он собирает информацию о тебе для того, чтобы решить, имеет ли он право тебя убить.
— Для этого не нужны такие сложности, достаточно просто почитать Уголовный кодекс, — сухо отметил Антон.
— Ты не забывай, о ком говоришь! Этот человек — и судья, и адвокат, и прокурор. Законы у него тоже свои, но сводятся они к самой простой версии справедливости. Око за око, так сказать. Вот и вспоминай: лишил ли ты кого-нибудь ока?
Теперь уже настал черед Антона задуматься. Он прикидывал, какие документы, связанные с ним, есть в Сети, и что убийца может раскопать, если очень постарается. А ничего!
Чеховский не был ангелом, но и серьезных нарушений на его счету не было. Во-первых, он с первых лет работы знал: даже небольшая ошибка может обернуться катастрофой, а сиюминутная прибыль из-за нарушения правил не стоит проблем, к которым она способна привести. Во-вторых, Антон был слишком ленив, чтобы юлить и мошенничать, а силовые методы он вообще не признавал. Ну и в-третьих, он умел использовать систему так, чтобы, не нарушая закон, прилично зарабатывать и забирать все бонусы, что ему причитаются.
Так что никакой маньяк не смог бы его обвинить. Но означает ли это, что он не навредит следователю?
— Нет, если ему нужно оправдание, то такого не будет, — наконец заявил Антон. — Или пусть нападает без причин, или не нападает вообще!
— Скорее всего, он к тебе не сунется. Но лучше не рисковать.
— Да я и так не рискую! А что насчет тебя?
— До меня как раз можно докопаться, — отозвалась она, однако страха в ее голосе не было.
— Я нигде не указывал, что ты участвуешь в расследовании…
