Ей пришлось смириться. Периоды ясности были драгоценными жемчужинами, которые она старалась использовать по максимуму. Оставалось только радоваться, что эти периоды становились все дольше. Мира постепенно сама снижала дозировку лекарств, довольная прогрессом своей пациентки.
А значит, настало время подумать о том, из-за чего все это произошло. Анна до сих пор чувствовала обиду, злость и горечь предательства. Сначала они были так сильны, что она просто не могла коснуться воспоминаний, связанных с ними. Но вот она окрепла, и оправданий больше не было.
Ей нужно было понять, почему она так сильно ошиблась в Юпитере. Она действительно была уверена, что он никогда не причинит ей зла! Что бы там ни случилось, какие бы обиды вдруг ни возникли между ними. А он не просто «причинил зло», он едва не лишил ее жизни…
Собственную ошибку хотелось отрицать, убедить и себя, и окружающих, что это был не он. Она ведь как раз расследовала дело хакера! Что если это Матадор влез в ее контакты и воспользовался именем Юпитера, чтобы заманить ее в ловушку?
Эта версия, в чем-то заманчивая, не выдерживала никакой критики. Во-первых, Матадор — это все равно самоучка, которому удаются только простейшие хакерские трюки. Он никогда в жизни не обошел бы защиту преступника, вся жизнь которого вертится вокруг интернета! Во-вторых, даже если бы он влез в телефон Анны или ее компьютер, он бы не знал, что именно Юпитера нужно использовать для такой ловушки. Он бы выбрал Леона — того, кому она звонила чаще других. Или Чихушу, с которым она встречалась по этому делу. Но не Юпитера! Ну а в-третьих, и это главное, Матадор никак не мог знать про тринадцатый километр.
Юпитер не настолько глуп, чтобы где-то записывать эти данные. Для него и Анны умение назвать правильное место встречи правильными словами было дополнительным кодом безопасности, возможностью проверить, что они говорят с правильным человеком. И ее собеседник знал этот код!
Так что это был Юпитер, вне всяких сомнений. Возможно, стрелял не он лично, но это уже не играет никакой роли. Юпитер захотел ее убить, он это одобрил и организовал. Оставалось только понять, почему.
Неужели из-за Леона? Нет, быть не может… Они не общались несколько лет до того, как Анна встретила Леона, и знали, что их отношения никогда не будут прежними. Юпитер не хотел этого, он ни намека не сделал! Да и потом, когда она заключила фиктивный брак с Яном Мещерским, он вообще никак не отреагировал, даже близко не появился. Но если дело не в Леоне, что же могло его спровоцировать?
Да не важно, что! Звучит странно, но, если подумать об этом — нет, не важно. Важно то, что она неправильно создала психологический портрет Юпитера. Она видела его одним — а он оказался совсем другим, и она чуть не поплатилась за это жизнью. Все, что с ней произошло, значит куда больше, чем ее отношения с Юпитером.
Умение оценивать людей было одной из основ ее жизни и карьеры. Анна не заявляла, что с первого взгляда способна узнать о человеке все. Но когда она собирала достаточно сведений, она составляла полный психологический профиль, в котором потом не сомневалась. Ей это было нужно! В детстве она пережила чудовищный обман, предательство, которое и представить сложно. Умение оценивать людей помогло ей адаптироваться, не шарахаться от каждой тени, не видеть в первом встречном преступника. Если она так грандиозно провалила свою задачу с Юпитером, чего еще ожидать? В ком она ошиблась, в Леоне, в Ярике, в каждом, кто встретился на ее пути?
Нет, этого не может быть — и нельзя даже думать о таком. Анна не заблуждалась на свой счет, она знала, что у нее есть определенная предрасположенность к психическим расстройствам. Детям, пережившим хотя бы половину того, что пережила она, редко удавалось вернуться к полноценной жизни. Анна же вернулась — в основном благодаря высокому интеллекту и уверенности в себе. Если она сейчас начнет суетиться и сомневаться во всем на свете, невроза долго ждать не придется.
Получается, она имеет право верить: дело не в ее способностях и оценках, дело в самом Юпитере. С ним произошло нечто непостижимое, то, что она никак не могла предугадать. Больше всего на свете Анне хотелось позвонить ему и задать только один вопрос: почему ты предал меня? Ведь не так уж важно, как они относятся друг к другу сегодня. То, что было между ними раньше, оставалось священным. Именно это сыграло решающую роль, когда Юпитер приполз умирать на ее порог. Она спасла его — а он ее убил.
Поэтому теперь она должна общаться с ним только на языке силы. Он сам выбрал этот путь! Никаких долгих переговоров, никаких дружеских телефонных звонков. Как только Леон закончит подготовку, она просто будет высылать Юпитеру инструкции…
В дверь ее комнаты постучали, отвлекая ее от размышлений.
— Открыто, — отозвалась Анна. — Но ты и так это знаешь, потому что я не могу встать и запереться.
— Знаю, — подтвердил Ярослав, входя в спальню. — Но я проявляю вежливость.
— Если б я была британским джентльменом, я бы смахнула слезу умиления. Но я — это я, поэтому спрошу: что-то случилось?
