— Прости, — я заставляю себя ослабить хватку, но не отпускаю её.
Дениэл медленно и успокаивающе гладит меня по спине. Я лежу, распластавшись на его ногах и прижимаясь грудью к его груди, а он тихо гладит меня по спине и не обращает внимания на пламенное прикосновение моей киски. Мы оба игнорируем это. Рано или поздно придется с этим что-то делать. Просто… не сейчас. Мне слишком хорошо, чтобы думать о чём-то ещё, кроме того, что только что произошло.
Мужчина вальсирует лёгкими прикосновениями пальцев по моему позвоночнику.
— Я сломал тебя? — спрашивает он, а в его голосе слышатся дразнящие нотки.
Я слегка посмеиваюсь, но он прав. Я просто ошеломлена. Впервые не могу найти слов, чтобы описать, как мне хорошо. Я сидела на лице у Дениэла, а он вел себя так, будто я преподнесла ему огромный подарок. Думаю о Майке, как я сотни раз делала ему минет, но не получила такого ни разу взамен. «Я не большой любитель кисок», — говорил он, жалуясь на болезнетворный запах. Несколько раз я просила его сделать больше, но он называл парней, любящих киски, лжецами и любителями тунца.
Я сажусь, и нахмурившись смтрю на Дениэла.
— Что? — спрашивает он.
— Тебе понравилось?
Мужчина сужает глаза и хмурится, будто не совсем понимает вопрос.
— Понравилось ли мне есть твою киску? А разве не очевидно?
— Просто ответь на вопрос.
— Я мог бы часами вылизывать твою киску и не устать от её вкуса, — говорит мне Дениэл, скользя пальцами по моей спине. — Мне нравится ощущать твой нектар на языке. Нравится, как ты дрожишь, когда я прикасаюсь к твоему клитору. Да. Да, чёрт возьми, мне понравилось!
Немного дрожу под его яростным взглядом.
— Прости. Думаю, это был глупый вопрос.
— Не глупый, — говорит он.
— Майк никогда… не…
— Можем мы не говорить о Майке, когда ты лежишь на мне? — Дениэл перестает гладить мою спину, и по замкнутому взгляду я понимаю, что причинила ему боль.
Мне нужно исправить ошибку, поэтому я сворачиваюсь на нем калачиком и кладу щеку ему на грудь.
— Прости. Просто с Майком был мой единственный реальный опыт. И теперь я начинаю понимать, что он был не очень хорош.
Дениэл отрывается от моей спины.
— Хорошо.
— У тебя когда-нибудь был плохой секс? — спрашиваю я его.
Я прекрасно чувствую себя, лежа на его груди, а его сосок всего в дюйме или двух от моего лица. Подняв палец, я начинаю обводить круги вокруг его соска. У Дениэла темные соски, и всего несколько волосков на груди, но мне это нравится. Моей щеке тепло и уютно.
— Да, чёрт возьми. У кого его не было?
Он снова начинает гладить пальцами мой позвоночник и через мгновение говорит:
— Однажды я ударил девушку — искательницу секса с героями. Она все время называла меня именем моего сержанта. Мы были слишком пьяны, чтобы придавать этому значения. Но это порядком повлияло на мой член. Никогда больше не прикасался к такому дерьму.
Бедный Дениэл.
— Потому что были задеты твои чувства?
— Нет, потому что сержант был чертовски отвратителен. Мужику было около семидесяти, и от него несло луком, а его зубные протезы делали его дыхание зловонным. Она оскорбила меня тем, что приняла меня за него.
Я хихикаю, представляя девушку, которая могла оскорбить этого потрясающе великолепного мужчину. Это кажется абсурдным.
— Возможно, она действительно была очень пьяна.
— Чёрт, надеюсь на это. У него ведь ещё брови были, как гусеницы, готовые сползти с лица вниз.
Теперь я смеюсь. Напряжение прошло. Кажется, он действительно возмущен.
Дениэл смеется подо мной, явно довольный моей реакцией.
— Чёрт, Рэйган, у тебя самый красивый смех. Думаю, мне нужно чаще его слышать, — и начинает ласкать пальцами мою щеку.
Вот, так просто. Мой смех утихает, и чувствую себя расслабленно и хорошо. А ещё я откровенно осознаю, что его член упирается в меня. Мужчина игнорирует этот факт, но очевидно хочет меня. Вдруг понимаю, что тоже его хочу. Мне хочется посмотреть, смогу ли я заняться сексом с этим человеком без страха? Оральный секс с ним был потрясающим, но теперь я хочу большего. Насколько был бы хорош обычный секс с ним? Моя внезапно появившаяся смелость подсказывает мне, что безопаснее будет оседлать Дениэла, ведь так легче сбежать.
Но… меня волнует, какого было бы, если Дениэл был бы главным? Смогу ли я потерять свой холод, когда он схватит меня? Да и какая разница, если я буду слишком занята, получая лучшие в жизни оргазмы?
Хочу ли я попробовать? Я отрываю пальцы от его соска и передвигаю их к его губам, касаясь их кончиками.
Он резко выдыхает и тянется языком к моим пальцам. У него вырывается низкий стон изнутри.
— Я всё ещё могу чувствовать твой вкус на пальцах.
— Он тебе нравится? — мягко спрашиваю я.
— Он делает мой член тверже, чем камень.
Я отодвигаю бедра и раскачиваюсь над его эрекцией.
— Могу я спросить? — мой голос дрожит от волнения. — У тебя есть презервативы?
— Да.
Никаких пылких речей и никаких вопросов, уверена ли я. Просто информация. Он держит себя в руках. Почему-то это заставляет меня улыбаться. Дениэл всегда держит себя в руках. С ним и мне сложнее вырваться из-под контроля. Он получил меня. И мне это нравится.
