– Возьмите остальных в плен, – велела Фалько офицерам, и те двинулись вперед, чтобы обездвижить последователей, которые еще оставались живы.
Понадобилось несколько человек, чтобы заставить Колдера подчиниться. Но никто не пытался схватить Дамиана. Фалько лично подошла к нему, и ее плотно сжатые губы растянулись в широкой злорадной улыбке. Она легким пинком выбила пистолет из рук Дамиана и схватила его за воротник рубашки, чтобы поднять с колен.
– Отпусти меня, – прорычал Дамиан, но она только рассмеялась.
– Молчать, фальшивый святой. Я бы убила тебя прямо сейчас, но после того, что ты совершил, тебя ждет публичная казнь.
Дамиан забился в ее хватке, но что бы ни лишило его магии, оно также забрало у него физическую силу. Он не должен был чувствовать столь глубокое изнеможение. Он был яростью. Он был войной.
А потом услышал голос.
– Остановитесь!
Крик Роз прорезал воздух. Это была не мольба, а приказ. Она вышла на край сада, широко разведя руки и растопырив пальцы. Ее одежда насквозь промокла, а в глазах пылал огонь. За ее спиной Палаццо укутывала тьма.
Дождь ослаб, когда Роз подошла ближе к Фалько. Она не походила на девушку, которую Дамиан оставил в Базилике. Она выглядела как мстительная королева, которая пришла забрать то, что принадлежало ей.
– Ах, – мягко произнесла Фалько, словно ожидала появления Роз. – А я уже начала гадать, когда же ты явишься.
Взгляд Роз метнулся к Дамиану. Его пронзило сожаление, когда он вспомнил ее крик. Что-то случилось. Что-то настолько ужасное, что это раздирало ее на части. Это было ясно по выражению ее лица. Но Роз скрыла эмоции под ледяной маской, и ни один мускул не дернулся на ее лице, когда она произнесла:
– Отпусти его. Он мой.
Дамиан не понял, что она имела в виду. Генерал фыркнула. Даже промокнув до нитки, Фалько выглядела внушительно, а черты ее лица будто стали еще более суровыми.
– Ты знала, что я была знакома с твоим отцом? – спросила она и ухмыльнулась, когда на лице Роз промелькнул шок. – О да. Мы отправились на войну примерно в одно время. Он попал под мое командование, а я попала под командование Баттисты Вентури.
– И что? – холодно спросила Роз. – Ты думаешь, это помешает мне убить тебя?
– Ты не убьешь меня, дитя. – Фалько вновь дернула запястьем, и еще несколько солдат бросились вперед. – Я говорю это только для того, чтобы ты поняла, с кем имеешь дело. Мною командовал сам Баттиста Вентури. А это значит, что, когда он отдавал мне приказ выследить дезертиров, когда он велел мне убивать предателей за их преступления, именно это я и делала.
Дамиан мгновенно понял значение ее слов. Он попытался ударить Фалько, чтобы отомстить ей за боль, что та пыталась причинить Роз, но руки отказались повиноваться.
– Ты убила его. – Голос Роз стал тише. – Это была ты.
Фалько заставила Дамиана вновь встать на колени и притянула его ближе к себе. Воротник впился в его шею достаточно сильно, чтобы причинить боль. Он попытался сглотнуть, чувствуя, как в теле пульсирует злость.
– Это была я, – эхом отозвалась Фалько. Ее слова были лишены всяких эмоций. – Возможно, ты сильная последовательница, но я точно знаю, что ты ничего не сделаешь, пока Дамиан Вентури находится в моей власти. Агости, может, и дурак, но он заметил кое-что очень важное: вами двумя слишком просто манипулировать. Чтобы контролировать одного из вас, нам нужно всего лишь контролировать второго. Возможно, он потерпел поражение, – Фалько крепче сжала воротник Дамиана, – но я не проиграю.
Роз сглотнула.
– Ты ошибаешься.
– Не стоит оскорблять мои интеллектуальные способности. Да и свои собственные, если уж на то пошло. Нам обеим знакома история: Хаос никогда не возрождается в одиночестве. Терпение всегда находится рядом с ним, но каждый раз под конец она предает своего возлюбленного. Ты уничтожишь его, желаешь ты того или нет. – Фалько заговорила быстрее, и ее голос наполнился лихорадочным восторгом. – Этого тебе не изменить.
Роз рассмеялась, но звук вышел пустым.
– Ты понятия не имеешь, что я собираюсь сделать.
Фалько поджала губы, и на ее лице отразилось нечто между жалостью и весельем.
– Ты притворяешься, будто тобой движут гнев и праведность. Делаешь вид, что тебе никто не важен, – продолжила она. – Но ты видела, что случилось сегодня ночью, и поняла, что его нужно остановить. Ты будешь защищать жителей Омбразии, потому что не можешь поступить иначе. И за это люди будут боготворить тебя.
– Мне не нужно, чтобы меня боготворили, – тихо произнесла Роз, но ее голос звучал странно. В словах таилась тяжесть неизбежности.
– Ни одному праведному святому это не требуется. Но истории всегда будут развиваться именно так, как и должны.
Дамиан все еще не мог двигаться, но он услышал хриплый смешок Фалько, раздавшийся над его ухом. Эта история была знакома ему так же хорошо, как и любому другому жителю Омбразии.
Это, определенно, так.
