Корабль вновь дёрнулся, подпрыгнув на волне, из-за чего шиноби пришлось схватиться за деревянные перила, чтобы не перелететь через них и не угодить в воду. Мейко сомневалась в том, что, если она угодит в воду, кто-нибудь заметит это и кинется её спасать.
— Переживём ли мы его, — хмыкнула девушка, поднимая голову.
— Переживём, — убедил парень, смотря на капитана за штурвалом. — Думаю наш капитан видел погоду и похуже.
Тёмные облака стремительно двигались по небу, затягивая собой всё светлое пространство. Маленькие капли дождя упали с неба, падая на палубу и на щеку девушки, а затем дождь усилился. Мейко поморщилась и накинула на голову капюшон, а затем развернулась и направилась внутрь корабля. Неджи также развернулся и последовал за девушкой, скрываясь от дождя.
— Нас будут кормить? — задала вопрос Мей, оборачиваясь к Неджи.
— Ужин по идее через пятнадцать минут.
— Значит, уже можно идти, — хмыкнула Мейко, направляясь в помещение, где была небольшая столовая.
Спустившись на этаж пониже, девушка прошла по узкому коридору и вышла к деревянной двери, которая была открыта. Войдя внутрь, она заметила, что никого практически не было в этом месте, так как все матросы готовились к шторму. Но у Мейко не было работы, поэтому девушка без зазрения совести прошла к поварихе, которая стояла на раздаче.
Взяв тарелку из общей массы, где они стояли, Мейко направилась к поварихе, протянув ей свою пустую тарелку. Толстая женщина неприятной наружности взяла протянутую посуду и, зачерпнув ковшиком жижу из огромной кастрюли, положила кашу. На вид каша была совершенно неаппетитная, но Мейко всё равно забрала тарелку, понимая, что есть что-то да надо. Рядом на прилавке лежали банки с различными кухонными принадлежностями, и Джашинистка взяла себе большую ложку.
Девушка отошла от женщины и прошла в самый угол тёмного помещения, решив сесть за самый удалённый столик. Присев за деревянный стол, Мейко опустила ложку в чашку и принялась рассматривать помещение, пока каша остывала. В самой столовой, если её можно было так назвать, находилось несколько круглых обшарпанных столиков, прибитые к деревянному полу, чтобы не улетали на волнах. Сами потолки находились достаточно низко, от чего создавался лёгкий дискомфорт и ощущение, что потолки сейчас рухнут на голову. Здесь не было ничего, кроме нескольких бочек в углах, столов со стульями и небольшой стойки, за которой и стояла повариха с кастрюлями.
Взяв в руки ложку и подув на горячую кашу, Мейко попробовала эту массу на вкус. Каша оказалась горькой и солёной, а не сладкой, как того ожидала девушка, поэтому первым порывом было просто выплюнуть всё обратно в тарелку. Но Мейко понимала, что тогда останется без ужина и будет всю ночь мучиться от голода, слушая песни своего желудка, поэтому заставила себя проглотить столь невкусную кашу.
Джашинистка нехотя ковырялась в своей тарелке, то и дело отправляя в рот полную ложку. Медленно прожёвывая, Мейко подняла голову, когда услышала приближающийся шум. Чьи-то шаги становились всё громче и громче, а уже через несколько секунд в дверном проёме появились знакомые шиноби Листа. Все четверо прошли за стойку к поварихе, которая положила всем на тарелки каши. Кругом было полно пустых мест и Мейко удивилась, когда команда во главе Гая подошла и уселась именно за её стол.
— Приятного аппетита, — пожелал Ли, беря в руки ложку и начиная быстро поедать горячую кашу.
Все согласно кивнули и принялись за еду, а Мейко только удивлённо смотрел на то, как быстро начали пустеть их тарелки. Ли с Гаем так быстро уплетали кашу за обе щёки, что могло показать будто эти двоя соревновались в поедании на скорость. Их тарелки опустели гораздо быстрее, чем успела доесть свою порцию Мейко, что и удивило девушку, ведь она пришла гораздо раньше их.
Корабль в очередной раз качнуло и подкинуло, из-за чего он наклонился в сторону. С невероятной скоростью тарелка Мейко слетела со стола и разбилась об пол, размазав при этом всю кашу. Все шиноби обернулись и посмотрели на этот беспорядок, а Мейко так и осталась сидеть за столом с ложкой в руках. Удивлённо поморгав, Мейко обернулась и увидела на себе недовольный взгляд поварихе. Толстая женщина вышла из-за своей стойки, взяла в руки тряпку и прошла к тому месту, где разбилась тарелка.
— Ну и ладно, — пожала Мейко плечами. — Не так обидно, всё равно не вкусно было.
— А ты наелась? — поинтересовалась Тен-Тен, отправляя ложку с кашей себе в рот.
— Вполне, — кивнула девушка. — Но, по правде сказать, я бы доела до конца, если бы моя тарелка не улетела бы непонятно куда.
— Это всё шторм, — кивнул головой Ли. — На палубе вообще непонятно что творится. Там такой ливень. Главное, чтобы нас не затопило.
— Такой дождь теперь всегда мне будет напоминать похороны Асума-сенсея, — тяжело проговорила Тен-Тен, опуская ложку в кашу.
— Да, я скучаю по Асуме-сенсею, — печально проговорил Ли, понурив голову. — Хорошо, что эти Акацуки теперь мертвы и поплатились за содеянное.
