Весь оставшийся вечер они проходили от одного развлечения к другому, играя во всевозможные игры. Мейко тихо улыбалась под маской, смотря на то, как не скрывает своей радости Юки, тихонько хлопая в ладоши и радостно подпрыгивая. Девочка больше не выглядела угрюмой, а была самым настоящим маленьким ребёнком, который наслаждался столь прекрасным праздником.
Над их головами вновь прозвучал грохот, а затем в небе появились огоньки. Все трое подняли свои лица к небу, наблюдая за яркими красками. Пожалуй, такие салюты были самыми запоминающимися на празднике, доставляя всем удовольствие лицезреть эту опасную красоту.
— Искусство — это взрыв, хм, — произнёс Дейдара, наблюдая за салютом.
Мейко лишь взглянула мельком на него, мысленно соглашаясь с ним. Это было действительно красиво. Столь мимолётно и красочно, и даже с тем учётом, что оно не было вечным, оно навсегда останется в памяти. Смотря на эти салюты, ничего плохого не приходило в голову, и Мей видела, как заворожённо смотрела на эти красочные взрывы маленькая девочка.
Когда салют закончился, вдоль улицы начал проходить мужчина с тележкой, на которой лежало множество бумажных фонариков, которые должны были полететь в воздух. Все жители деревни начали разбирать фонарики, когда тележка проезжала мимо них, и двое нукенинов вместе с Юки так же взяли по фонарику. Дейдара чудесным образом достал из-за своих штанин короб со спичками, а Мейко с Юки начали выпрямлять свои бумажные фонарики.
— Загадай желание, — сказала Мейко девочке, которой поджигали основание фонарика для того, чтобы тот взлетел.
— Да! — радостно кивнула Юки. — Хочу, чтобы твоё заветное желание сбылось!
— Дура, — ругнулась Мей, хмуро смотря на девочку. — Во-первых, надо загадывать желание про себя. А во-вторых, надо загадывать желание для себя, а не для других. Поняла?
Девочка, нисколько не обидевшись, послушно кивнула, а затем замерла на месте, произнеся своё желание про себя, когда Дейдара поджигал её фонарик. Мешочек стал надуваться от огня, а затем фонарь стал подниматься в воздух, пока и вовсе не покинул ладони Юки, устремившись в ночное небо к остальным фонарикам.
Следующая была Мейко, и, когда Дейдара поджигал её бумажный фонарик, девушка, нахмурившись, пыталась правильно сформулировать свою мысль. Она не знала, чего именно пожелать и всё это казалось ерундой, что, пустив эту бумагу в воздух, может исполниться желание. Всё это казалось полным бредом, но где-то в глубине души таилась какая-то детская надежда. Поэтому, когда мешок начал надуваться, а фонарь подниматься с ладоней, Мейко подкинула его вверх, загадывая своё желание.
Найти свет в своей тьме.
Девушка смотрела на то, что её фонарь поднимается в небо, устремляясь куда-то далеко далеко, где остальные разноцветные фонари уже практически скрылись в тяжёлых облаках. Мейко до конца провожала взглядом своё желание, пока в конечном итоге этот красный фонарь не стал обыкновенной маленькой точкой, которая растворилась в ночи.
========== 9. Жертва ==========
Уже близилось к полуночи, а значит, приходило время для их задания. Постепенно Дейдара с Мейко на пару с Юки приближались к центральной площади, где, по идее, и должны были происходить главные танцы. Там должен был появиться и Иоши, сын Даймё, который будет танцевать со всеми девушками по очереди, такова была традиция. Когда очередь дойдёт до Мейко, она должна будет оттеснить Иоши как можно дальше от охраны, в то время как Сасори будет отвлекать их. Сам же смертельный удар должен был нанести Дейдара.
Весь план был предельно понятен, и Мейко с некоторым сожалением понимала, что, как только они выполнят свой заказ, празднику настанет конец, а они покинут Страну Чая. Как бы этого не хотелось, но девушка понимала, что всему приходит конец, и эти две ночи были, пожалуй, самыми замечательными за последние года.
Юки тоже была рада празднику и радостно шла рядом с Джашинисткой, держа её за руку. Когда они дошли до площади, девочка увидела своего отца, который стоял за сценой, о чём-то беседуя с Даймё. Вид у обоих был не из лучших и было видно, как остро и пылко они ругались между собой. Сегодня была ночь, когда Иоши должен будет стать новым Даймё, но, к его сожалению, этому не суждено было случиться.
— Иди, — произнесла Мейко, обращаясь к девочке.
Девушка кивнула головой на стоящего за сценой Иоши, и Юки посмотрела в ту сторону, замечая своего отца. Она послушно кивнула, понимая, что пришло время прощаться со своим нерадивым родителем. Юки отпустила руку Джашинистки и быстрым шагом последовала к своему отцу.
Мейко видела, как удивлённо застыл Дейдара, и, не будь на его лице маски, девушка была на сто процентов уверена, что увидела бы его широко раскрытые глаза. От представления такого вида, Мей прыснула со смеха и прикрыла половину лица рукавом, хотя в этом не было необходимости из-за маски.
