Вытащив свои руки, Мейко оттянула край одеяло до груди, отмечая, что тело было всё ещё обнажено. Несмотря на то, что никакой одежды на Мей не было, ей всё равно было безумно жарко. Если на ней было хотя бы бельё, Мейко тут же спихнула бы с себя одеяло, но так как его не было, пришлось оставить его на месте.
Усталый взгляд малиновых глаз прошёлся по стене над кроватью. На светлой стене, покрашенной простой краской, висела большая картина. Мейко раньше не замечала её, но сейчас она привлекла внимание. Слегка выгнувшись на кровати, чтобы осмотреть картину, Джашинистка начала разглядывать пейзаж Деревни Скрытого Дождя, где на фоне многочисленных домов в небе завис ангел с белыми крыльями.
Тёмная фигура находилась прямо перед светом солнца, поэтому очертания человека нельзя было рассмотреть, но эти белые крылья были чётко прорисованы. Каждое лёгкое белое пёрышко можно было рассмотреть на этой картине, и Мейко поразилась тому, как именно крылья выделялись из общей массы. Вся картина была тусклой и неприметной, и только крылья ангела бросались в глаза, привлекая внимания. Это было подобно последней надежде во тьме.
Деревянная дверь скрипнула, отрывая от созерцания картины, и Мейко повернула голову ко входу. На пороге комнаты замер Итачи с подносом в руках, который выглядел совершенно по-домашнему без своего плаща Акацуки и с этим бежевым подносом. На самом подносе Мейко заметила небольшую чашку, от которой исходил пар, а также два прозрачных стакана с водой.
— Проснулась? — спросил Итачи, заходя в комнату.
— Угу, — вяло ответила Мейко, слегка натягивая одеяло, а затем, вспомнив, что Итачи и так всё наглядно видел, опустила свои руки.
Мужчина подошёл к кровати и опустил свой поднос на тумбочку, что стояла рядом. Сам Итачи присел на край кровати, а его озадаченный взгляд прошёлся по Мейко, у которой от жары покраснели аж щёки. Со слегка липкими от пота волосами и лихорадочным блеском в глазах девушка действительно выглядело больной и измотанной.
— Как себя чувствуешь? — поинтересовался Учиха.
Мейко хотела было соврать и сказать, что шиноби всё нипочём, но в последний момент передумала. Она действительно плохо себя чувствовала, и будь они сейчас в лесу, как всегда, Мейко бы просто не выдержала постоянных дождей и непривычного холода. Иммунитет дал сбой, и сейчас девушка мучилась от этого.
— Плохо, — призналась Мей, смотря в ставшие родные чёрные глаза. — Всё болит и ломит. Голова просто раскалывается, а во всём теле нет сил. У меня даже глаза болят. А ещё безумно жарко и душно. Может откроешь окошко? Чтобы свежего воздуха впустить, а то дышать уже нечем.
Итачи смотрел на разгоряченное лицо девушки, а затем, всё же решив, поднялся на ноги и прошёл к дальней стене, где находилось окно. Мужчина слегка приоткрыл его, чтобы впустить в комнату воздух, и в тот же момент Мейко услышала дробь дождя по стеклу, который всё ещё лил на улице.
Открыв окно, Итачи прошёл обратно к Мей и сел на кровать. Он достал из кармана знакомый тюбик с жидкостью, который Мейко уже пробовала, и открыл колпачок. Под его пристальным взглядом девушка поморщилась и слегка приподнялась на руках, открыв свой рот. Итачи поднёс к её губам тюбик и осторожно выдавил содержимое.
Мейко вновь почувствовала гадкий вкус лекарства, но стойко проглотила всё, напоследок сморщившись и поплевав. Такая реакция позабавила Учиха, и в его глазах вновь появились знакомые смешки. Мужчина убрал опустошённый тюбик и взял в руки стакан с водой, чтобы передать его Мейко. Девушка послушно приняла в руки и, приблизив к лицу, понюхала.
Как Мей и предполагала, это была не простая вода, а что-то сладкое по запаху. Хоть жидкость и была прозрачной на вид и похожа на обыкновенную воду, запах от неё исходил какими-то ягодами. Мейко не могла определить, что это было, но пахло действительно вкусно и получше той жижи из тюбика.
— Что это? — спросила Мейко, смотря на Итачи поверх стакана.
— Это лекарство, — ответил мужчина. — Пей, оно вкусное.
— Да? — переспросила Мейко, слегла сощурив глаза и посмотрев на воду. — Но учти, если ты меня обманываешь, тебе не поздоровится.
На эту угрозу Итачи лишь хмыкнул, а Мейко поднесла стакан к губам и наклонила его, принявшись пить. На вкус жидкость была не настолько гадкой, одновременно кислой и сладкой, по вкусу напоминая малину. Под строгим взглядом чёрных глаз, Мейко допила всё до конца, а затем вернула стакан обратно мужчине. Итачи, забрав его, положил на поднос, а затем взял в руки чашу с едой, от которой исходил пар, и передал её Мейко.
Девушка послушно приняла её, хотя совершенно не хотела есть. То, что приготовил для неё Итачи, было каким-то супом, в котором плавали помимо мяса и овощей длинная лапша. Вкусный запах исходил от этого блюда, но Мейко сомневалась было ли оно таким же хорошим на вкус, ведь это было дело мужских рук. Мейко знала, что многие мужчины не умеют готовить, и помнила это по тем далёким временам, когда в определённые дни приходилось идти за плиту отцу или Хидану. Тогда вся семья оставалась голодной, и приходилось идти позже готовить Мей.
