Послушай меня полностью

— “У меня есть полное право”, - говорит он, вновь напрвляя пистолет на Ларри.

— “Никто не имеет права никого убивать”, - говорю я.

— “Он разрушил мою жизнь! Он взял то, что ему не принадлежало.”

Ларри фыркает. — “Джеки и сама не возражала”.

Не помогает, Ларри. Совсем не помогает.

— ”О чем ты говоришь, Ларри?" - спрашивает Лорелея, высовывая голову из-за дивана. — “Ты хочешь сказать, что это правда?”

Ларри стонет и пытается сесть, но снова падает, схватившись за раненое плечо. “Может, кто-нибудь здесь просто вызовет гребаную скорую?”

— “Ты и Джеки Тэлли? Вы двое сделали это?” - спрашивает Лорелея.

— “Это длилось недолго. И это было очень давно.”

— “Как давно это было?”

— “Целую жизнь назад. Когда она начала работать в старшей школе.”

— “А когда это закончилось?” - Лорелея поднимается на ноги, теперь она так зла, что ее больше не волнует, что в ее доме мужчина с пистолетом, а она безоружна. — “Говори!”.

— “Какое это имеет значение?”

— "Это важно!"

— "Много лет назад. Пятнадцать, шестнадцать, не помню. После всего этого времени я не знаю, какого черта это всплывает сейчас».

— "Кто еще, Ларри? Мне нужно знать, с кем еще ты спал!"

«Это меня не интересует», — говорит Рик. «Я знаю все, что мне нужно». Он снова поднимает пистолет.

Я снова встреваю в разговор. — «Что хорошего в его убийстве, Рик?» — спрашиваю я и удивляюсь звуку собственного голоса. Я говорю так спокойно, так уверенно. Я удивлена, что вообще стою здесь, лицом к лицу с мужчиной, который держит заряженный пистолет. Словно это какое-то внетелесное переживание, как будто я парю над головой, наблюдая за собой — более смелой и безумной версией Анджелы Риццоли — противостоящей этому разгневанному мужчине. — "Это ничего не решит".

— «Мне станет лучше».

— «Но станет ли? Ты уверен?"

Рик замолкает, задумавшись.

— «Да, они предали тебя, и это отстой. Но Рик, дорогой, ты это переживешь. Я это знаю точно, потому что то же самое случилось и со мной. Когда я узнала, что мой Фрэнк трахал эту проститутку, поверь мне, я была очень зла. Я думала, что моя жизнь кончена. Если бы у меня был пистолет, я бы тоже захотела использовать его по назначению, как и ты. Вместо этого я взяла себя в руки, отряхнулась и нашла Винса. Теперь посмотри на меня! Я счастливее, чем когда-либо. И ты тоже будешь».

— “Нет, не буду.” Голос Рика прерывается, и его плечи опускаются. Кажется, он тает у меня на глазах, все его тело как-то обвисает, как воск на свече. — “Для меня больше никого нет”.

— “Конечно, есть”.

— “Откуда тебе знать, Энджи? Конечно, у тебя не было никаких проблем с тем, чтобы двигаться дальше. Ты еще хороша собой.”

Даже в этот критический момент, когда заряженный пистолет готов плюнуть свинцом, я достаточно легкомысленна и принимаю комплимент, но у меня нет времени наслаждаться им. На карту поставлена жизнь Ларри.

Вдалеке воет сирена. Полиция уже в пути. Мне просто нужно заставить Рика продолжать говорить, пока они не приедут.

“А о Трише ты подумал?” - спрашиваю я. — "Ты хочешь, чтобы твоя дочь страдала, вынужденная жить с тем, что сделал ее отец?”

— “Ее отец?” Вместо того, чтобы успокоить, мои слова буквально воспламеняют его. Он смотрит на меня бешеными глазами, его пистолет описывает неконтролируемую дугу, которая проносится мимо Лорелеи, меня и стены и возвращается к Ларри. “Я думал, что я ее отец!”

Я смотрю на Ларри, лежащего на полу, затем снова перевожу взгляд на Рика. О боже, все куда хуже, чем я предполагала. Внезапно до меня доходит, почему Триша так зла на свою мать. Почему она сбежала и теперь отказывается разговаривать с Джеки. Триша знает, что ее мать изменяла Рику. Конечно, она знает.

Сирена приближается. Просто заставь его говорить еще немного.

— “Ты ведь любишь Тришу?” - говорю я Рику.

— “Конечно, я люблю ее”.

— “Ты вырастил ее. И только это по-настоящему имеет значение. Она твоя настоящая дочь.

— “А не его”. - бормочет Рик и с горечью смотрит на Ларри. “Она никогда не будет его”.

“Подождите”, - говорит Лорелея. - “Ларри - ее отец?”

Мы все игнорируем ее. Я сосредотачиваю свое внимание там, где ему и положено быть, на человеке, держащем пистолет. “Подумай о ее будущем, Рик”, - говорю я. “Ты должен быть здесь ради Триши. Тебе нужно увидеть, как она закончит школу. Женится. Родит ребенка...”

Он рыдает. “Теперь уже слишком поздно. Меня все равно посадят”.

Ларри хмыкает. — “Тут ты чертовски прав!”.

— “Заткнись, Ларри”, - огрызается Лорелея.

— “Это всего лишь ранение!” - Я указываю на плечо. - “Ты отсидишь немного, а потом выйдешь на свободу. Ты будешь здесь ради нее. Но ты должен оставить Ларри в живых”.

Рика пошатывает, все его тело сотрясается от рыданий.