— Тогда в офисе нас не увидят еще долго. Потому что из спальни я тебя не выпущу. — Подавшись вперед, Эрен мягко прикусил кожу на шее Микасы и тут же провел языком влажную полоску от места укуса к скуле. — И до изнеможения. Пока оба не отрубимся. Хочу так. — Очередной порции покусываний подверглись ключицы. — Но встреть я тебя раньше… То сомневаюсь, что смог бы держать себя в руках хотя бы минуту. Сорвал бы с тебя всю одежду, едва оказались бы наедине. Не стал бы ждать и просить. Но сейчас… Блять, Мика, хочу наслаждаться тобой как можно дольше. Но боюсь, что сдерживаться все-таки не в моей природе.
Так нагло врать еще нужно было постараться, и Эрен непроизвольно облизнул свои губы, скрыв ухмылку. В нем боролось стремление вновь сделать все по-своему с желанием позволить Аккерман проявить инициативу. Оба варианта устраивали в равной степени. Оставалось определиться, а вот это уже было сложнее. Возбуждение уже завладело его разумом, смешивая мысли и отзываясь пульсацией в паху.
Она притянула его к себе, сливаясь с ним в жарком поцелуе. Языки сплелись уже в давно привычном, жарком темпе, из-за чего в висках начинало пульсировать, а по телу предательски прошлась дрожь.
— Грёбаный Йегер, — прошипела она, отстраняясь, ощущая легкие покусывания на шее, ключице. — Ты так много говоришь, и так долго тянешь. Просто трахни уже меня.
— Опять пытаешься командовать? — Оторвавшись от соблазнительных губ с огромным трудом, Эрен нагло усмехнулся, прощупывая ту самую грань, за которой терпение Микасы бы закончилось. Но заступать за нее он не собирался. С силой вжав Аккерман в себя, Йегер хмыкнул ей в ухо, сжав его зубами сильнее обычного. — Так заставь, если что-то не устраивает. Мне нравится, когда ты такая. — Его грудь тяжело вздымалась, а в глазах играл тот самый вызов, говорящий «не упусти момент». — Только вот здесь нам явно не будет хватать места.
Недолго думая, Эрен закинул Микасу на плечо, отвесив ощутимый шлепок по ягодице, — какое-то время точно останется след. Полотенце ему уже не требовалось, поэтому он скинул его по дороге в спальню. Он остановился перед кроватью, раздумывая, что следовало лучше предпринять. Собственно, вариантов не оставалось, поэтому в следующую секунду он бросил Аккерман так, чтобы она оказалась ровно перед ним. И, закусывая губы и проводя языком по зубам во время ухмылки, Эрен одним рывком перевернул Микасу, вжав тут же ее в матрас нажатием сильной руки в районе лопаток. Его колено разместилось ровно между ее чуть раздвинутых ног.
Шумно выдохнув, прикрыв глаза, Йегер повторил форму ее ягодиц, обтянутых черной кожаной юбкой. Он умирал от одного только представшего перед ним вида, готовый сорваться в любое мгновение. И так он бы сделал еще совсем недавно. Отчего же сейчас хотелось получить разрешение на такие простые вещи? Что поменялось с прошлого раза?
— Я знаю, что у меня классные ягодицы, но пройдет весь день, если ты так и продолжишь стоять и пялиться. А ты же так хотел, м-м-м, до изнеможения. — Она приподнялась на локтях, устраиваясь поудобнее. Железные цепи тихо звякнули, свисая с кожаной юбки.
— Сомневаешься? — Довольно грубым образом расставив ноги Микасы, Эрен придвинулся ближе, тут же окутывая ее нежностью. Смяв топ одной рукой, он оперся на вторую и провел дорожку от шеи до копчика. Но, не сдержавшись, оставил след от зубов на бедре. — Знаешь, — начал он, зализывая место укуса, — мне чертовски нравится, когда ты приказываешь.
Но признание оказалось слишком быстрым и для Эрена. Поэтому он поспешил исправить ситуацию, задрав юбку выше. Треск ткани смешался с лязгом металла и рычанием Йегера, когда он, отодвинув в сторону полоску кружевной ткани, вошел в Микасу быстро, на всю длину, и замер, потеряв возможность дышать. Ему даже не потребовалось проверять ее готовность — все было настолько очевидно. Как всегда, влажная и горячая. Для него. Пальцы Эрена тут же с силой сжали ее бедра, белея. Он будто боялся, что она исчезнет — настолько сильно он прижал ее к себе.
Громкий стон вырвался из груди Микасы, заставляя тонкими пальцами сжать простыню. Локти быстро свело, из-за чего ей пришлось лечь, еще сильнее выгибаясь, и ощутить то, насколько глубоко он вошел. Внутри все судорожно сжалось, а дыхание напрочь сбилось от медленных, ритмичных толчков. Йегер навалился на нее, буквально вдалбливая в ортопедический матрас.
— Господи, — еле выдавила из себя она, — благослови оральные контрацептивы.
— Что? — Слова прошли мимо Эрена: он едва ли вообще сейчас мог разобрать даже свое имя. — Черт, Мика. Да, сладкая. Да. — Поймав нужный темп, он выдерживал его, задевая все чувствительные точки внутри Аккерман. — Моя, — прорычал он ей на ухо, сжимая зубами мочку.