Люк придержал дверь для Айвена, и, когда они уселись, Элизабет, ощущая страшный дискомфорт, отправилась в путешествие к неизвестной цели. На каждом повороте ее одолевало желание повернуть назад, но она продолжала ехать, удивляясь самой себе.
Проехав двадцать минут по петляющим дорогам, взволнованная Элизабет, следуя указаниям Айвена, остановилась на краю поля, которое, на ее взгляд, практически ничем не отличалось от других, мимо которых они уже проехали. Различие было в одном: отсюда открывался вид на блестящую поверхность Атлантического океана. Но она не обратила на пейзаж никакого внимания и с досадой рассматривала в зеркало брызги грязи на своей сияющей машине.
— Ого, что это? — Люк протиснулся между передними сиденьями и показал на что-то за лобовым стеклом.
— Люк, друг мой, — радостно объявил Айвен, — вот, смотри, это и есть Джинни Джоу.
Элизабет подняла глаза. Перед ней покачивались на ветру сотни парашютиков: белые пушинки одуванчиков ловили солнечный свет и как видение наплывали на сидящих в машине людей.
— Похоже на фей, — изумленно сказал Люк.
Элизабет поморщилась.
— Феи, — с неодобрением сказала она. — Что за книги ты читаешь? Это семена одуванчиков.
Айвен разочарованно посмотрел на нее:
— И почему я знал, что вы именно это и скажете? Что ж, по крайней мере, я уговорил вас сюда приехать. А это уже кое-что.
Элизабет с удивлением взглянула на него. Он никогда раньше так с ней не говорил.
— Люк, — Айвен повернулся к нему, — они еще называются ирландской маргариткой или одуванчиком лекарственным, но это не просто семена одуванчика, большинство нормальных людей в Ирландии, — тут он сердито посмотрел на Элизабет, — называют их Джинни Джоу. Они разносят по ветру желания, их надо поймать, загадать желание, а затем отпустить, чтобы они смогли доставить его по назначению.
Элизабет фыркнула.
— Ничего себе, — прошептал Люк. — Но почему люди это делают?
Элизабет засмеялась:
— Узнаю своего мальчика.
Айвен не обратил на нее внимания.
— Сотни лет назад ирландцы ели зеленые листья одуванчиков, потому что в них очень много витаминов, — объяснил он. — Это помогало от самых разных болезней, поэтому люди воспринимали одуванчик как символ удачи и загадывали желания, ловя пушинки.
— А желания сбывались? — с надеждой спросил Люк.
Элизабет сердито посмотрела на Айвена — он забивал ребенку голову пустыми надеждами.
— Только те, что доставлены должным образом, так что кто знает? Запомни, Люк, даже почта иногда теряется.
Люк понимающе кивнул.
— Ладно, тогда пошли их ловить.
— Вы идите, а я подожду в машине, — сказала Элизабет, глядя прямо перед собой.
Айвен вздохнул:
— Элиза….
— Я подожду здесь, — твердо сказала она, включая радио и усаживаясь поудобнее, чтобы показать, что она не сдвинется с места.
Люк выбрался из машины, и она повернулась к Айвену.
— Мне кажется, стыдно морочить Люку голову таким враньем. — Она кипела от злости. — Что вы ему скажете, когда ничего из того, что он загадает, не сбудется?
— Откуда вы знаете, что не сбудется?
— Потому что у меня есть здравый смысл. Которого вам, судя по всему, не хватает.
— Вы правы, у меня его совсем нет. Я не хочу верить в то, во что верят остальные. У меня есть свои мысли, которым меня никто не учил, и я почерпнул их не из книг. Я учусь на собственном опыте, а вы, вы так боитесь попробовать что-нибудь новое! Смотрите, а то так и останетесь со своим здравым смыслом, и ничего, кроме здравого смысла, у вас не будет.
Чтобы не взорваться, Элизабет устремила взгляд в окно и стала считать до десяти. Она ненавидела всю эту чушь и, в отличие от него, считала, что только из книг ее и можно выудить, а книги эти пишут и читают люди, которые всю свою жизнь проводят в поисках чего-нибудь — чего угодно, — чтобы спастись от скуки, царящей в их реальной жизни. Люди, которым хочется верить, что у всего на свете, кроме одной очевидной причины, есть еще какие-то, совершенно не очевидные.
— Знаете, Элизабет, одуванчик также известен как любовное растение. Говорят, если сдуть семена на ветру, то он отнесет вашу любовь любимому. Если, загадывая желание, дуть на этот пушистый шарик и сдуть все семена, ваше желание сбудется.
Элизабет смущенно нахмурилась.
— Хватит молоть чепуху, Айвен.
— Очень хорошо. Сегодня мы с Люком будем ловить Джинни Джоу. Мне казалось, что вам всегда хотелось поймать желание, правда? — спросил Айвен.
Элизабет посмотрела в сторону.
— Я знаю, что вы задумали, Айвен, но ничего не выйдет. Я рассказала вам о своем детстве, что далось мне нелегко. И я это сделала не затем, чтобы вы превратили все в игру, — прошипела она.
— Это не игра, — тихо сказал Айвен и вышел из машины.
— Для вас все игра, — резко ответила Элизабет. — Скажите, откуда вы столько знаете про семена одуванчиков? В чем смысл всех этих дурацких сведений?
Айвен наклонился к ней через открытую дверь и тихо сказал:
— Ну, по-моему, он вполне очевиден: если вы доверяете семечку нести по ветру ваши желания, то вам стоит точно знать, откуда оно взялось и куда отправится дальше.
Дверь захлопнулась.
Элизабет смотрела, как они оба бегут к полю.
