Посмотри на небо полностью

– Создатель, ты говорил мне, что я забуду всё, как только проснусь. Скажи, для чего ты дал мне тогда, и оставил сейчас, возможность общения с тобой? Теперь я знаю, что не для поиска кладов, не для богатства или наживы, не для глупых вопросов, но для чего? Посадив своё семя дара общения в меня, скажи – с какой целью? Ведь не просто так?

Создатель сказал мне:

– Спасибо, Василий, за то, что ты правильно постарался понять всё, – и извинился, за то, что так сильно меня «полоскал в ледяной проруби». Он рассказал мне, что именно в тот момент, когда я был действительно на грани прошлой жизни, запутался в обманах чужих людей и жил без смысла, он решил попробовать провести этот эксперимент со мной, и у него, как он надеется, получилось. Теперь нужно было идти дальше. Я понимал каким-то внутренним чувством, что теперь наш диалог будет развиваться, но механизма того, как это будет происходить, я не знал.

Большую часть времени я слушал Создателя – точь-в-точь как слушает маленький ребёнок своих родителей. Создатель мне говорил, а я слушал и печатал на компьютере:

– Я желаю пинками изгнать из тебя прегрешения и прошу тебя, Василий, прегрешений больше не совершать. Прегрешения твои можно искупить только одним: проси меня, чтобы я простил тебя. Только я могу простить тебе неисчислимые грехи, которыми ты одержим. Твоими грехами можно целое море наполнить. Совершённые тобой прегрешения нужно исправлять.

Я долго просил в тот вечер прощения – то за один грех, то за другой (все подробности уж не буду приводить), то возвращаясь к компьютеру, то отходя от него.

После, Создатель говорил:

– Я желаю тебе счастья со мной. Я желаю тебе подорожной одежды не снимать ещё год.

Это означало, что в ближайшее время мне следует полностью посвятить себя семье, быть любящим и заботливым семьянином, несмотря ни на что, помогать во всём жене и быть для неё опорой, не рваться ни на какую новую работу или в новые проекты, а следовательно, не просить у Создателя помощи даже в реализации любых дел, на научном или исследовательском поприще. «Одежда» – в данном случае это тот тип поведения, образ, с которым идешь по жизни. «Год» означал период, равный одному делу. Календарно это мог быть и год, и два – пока не закончится дело или не будет выполнена задача.

– Знаю одно: если подорожную одежду «снимать» придётся, желательно её рядом держать.

Это значило, что если я и пойду или поеду куда-либо по необходимости не по семейным делам, то внешне я могу выглядеть и вести себя согласно обстановке, но по возвращении к обычным делам мне нужно будет вернуться в свою семейную роль.

Каждый последующий день в моей «новой» жизни был для меня словно из счастливого, радостного детства. Параллельно тому, что я отдавал себя семье, взамен я получал новые порции знаний. Как будто я обучался, как в школе, но школе необычной, я бы даже сказал – необыкновенной.

Важно сказать, что мы разговаривали с Создателем только в моё свободное от семейных дел время, – постоянно находиться у компьютера мне было нельзя, хотя я жаждал новой информации (невольно я опять сравнил себя с подрастающими детьми, которым так интересно, так важно всё новое…). Я старался найти альтернативные способы обмена информацией с Создателем для того времени, когда компьютера нет под рукой. Я написал маленькими буквами алфавит и приклеил его на заднюю крышку своего мобильного телефона, чтобы можно было шариковой ручкой по буквам получать ответы, если возникнут вопросы. Я боялся совершить новые ошибки и стал спрашивать у Создателя почти каждый раз, правильно ли то, что я делаю.