Идти было совсем неудобно: помимо то и дело встречающихся горожан (которые, к слову сказать, в этой части города были особенно медлительными и важными), приходилось еще и протискиваться между широкими выступами, которые располагались в шахматном порядке и полностью скрывали происходящее на центральной площади от посторонних глаз.
Оказавшись в Большом Аркаиме, Катя словно попала в другое измерение, будто под воду нырнула. Высокая и толстая стена защищала жителей центральной части Аркаима от всего внешнего, мирского и суетного: сюда не проникали прямые солнечные лучи, звуки, запахи города, порывы ветра.
Здесь все становилось неважным, кроме неба над головой и твоей собственной души, которая тревожно билась в груди.
Невольно Катя замедлила шаг, сердце просило гармонии с этим миром.
Она огляделась: дома, выходившие на квадратную площадь, были такими же, как на внешнем кольце, только двери под широкими, словно кустистые брови старика-волхва, навесами оказались гораздо шире. Да у каждой стоял кумир – высокое деревянное изваяние духа-хранителя.
– Эй, не отставай, – шепотом поторопила ее Ярослава. Ее голос подхватило гулкое эхо, многократно усилило, заставило вздрогнуть от неожиданности. Она подвела Катю к неприметной двери и остановилась у пологих ступеней.
– Я дальше не пойду, – выдохнула она, – Стар же только тебя звал…
– Заходи-заходи, Яруша, – послышалось из дома. Ярослава открыла дверь. Катя, затаив дыхание, вошла. Дерево, хранившее тепло зимой и защищавшее от полуденного зноя летом, пахло смолой и свежестью, к этим запахам примешивались острые ароматы степных трав.
Катины глаза, не привыкшие к полумраку, вылавливали из темноты лишь неясные блики. Они постепенно проявлялись, словно снимок на полароидной бумаге, и она наконец смогла разглядеть жилище волхва Стара.
Высокий потолок. Лампады в глубоких нишах по обе стороны от входа, источавшие тонкий аромат лаванды и мяты. Сказочные росписи на стенах: глубокий старец в тяжелом плаще стоит в чаще леса, опершись обеими руками на посох; над равниной плывет по облакам белый лебедь, запряженный в золотую колесницу, в которой сидит прекрасная золотоволосая дева. Большой белокаменный город возвышается на холме и как бы вырастает из него, защищенный двумя рядами могучей крепостной стены с многочисленными башнями, переходами и мостами.
С правой стороны от входа Катя увидела низкую арку и лестницу, ведшую вниз.
Какой-то совсем не старый мужчина с удивительно светлым и открытым взором, в простой холщовой рубашке, подпоясанной лохматой бечевкой, стоял на верхней ступеньке. Темно-русые волосы его красивыми волнами спадали на плечи. Он приветливо улыбнулся Кате и Ярославе, жестом позвал следовать за ним и нырнул в низкий проход.
Девочки оказались на узкой винтовой лестнице, круто убегающей вниз, под центральную площадь, метров на пять под землю.
Ярушка притихла. Катя слышала ее сопение у себя за спиной.
– Я здесь еще никогда не была, – восторженно прошептала та. – Есть большая библиотека, наверху, в нее хаживала часто. Я про здешние секреты только слыхала краешком уха…
Мужчина спустился с девочками вниз:
– Тут подождите, – и, оставив их у подножия лестницы, свернул налево, в сумрак пустынного коридора, неизвестно где и когда заканчивавшегося. Девочки оказались в огромном квадратном зале примерно двадцать пять на двадцать семь метров.
Несмотря на то, что помещение находилось глубоко под землей, в нем было естественное освещение – солнечный свет попадал из небольших расщелин под самым потолком, кроме того, по периметру зала светились гирлянды шаров голубого света – светозаров.
У Кати от восторга перехватило дыхание: вдоль стен зала бесконечными рядами высились широкие стеллажи с книгами, свитками, перевязанными лентой стопками дощечек различных форм и размеров. Некоторые были переплетены, другие лежали разрозненными. В углу, за широким письменным столом, напрочь заваленным бумагами, Катя заметила стеллаж с кристаллами в форме шаров, пирамид и конусов. Кристаллы преимущественно были голубого цвета, среди них выделялись три камня бурого цвета и один черного. На черном отчетливо выделялись белоснежные письмена.
Но библиотека оказалась пуста.
– А где дядюшка Стар? – Катя беспомощно обернулась к подруге, та странно на нее посмотрела, но ответить не успела: из-за стеллажа с кристаллами вышел все тот же довольно молодой мужчина, только теперь на его плече, деловито поглядывая на гостей то одним, то вторым желтым глазом, сидел сокол, а в руках он нес плоскую миску с водой.
– Ярослава, собери книги мои, будь добра…
– Конечно, дядюшка Стар.
Ярушка бросилась к столу, а Катя вытаращила глаза, рассматривая человека, которого представляла как умудренного жизнью старца с белой, как снег, бородой и величественной синевой глаз. А вместо этого перед ней оказалась его прямая противоположность.
– Так вы и есть Стар?..
Молодой мужчина аккуратно поставил на освобожденное Ярушкой место миску с водой, потом осторожно спустил птицу с плеча и посадил ее на край миски (птица тут же начала пить):
