Общественные учреждения – школы.
Общественные улучшения – здания, дороги, мосты, каналы и тому подобное – впечатляют не только сами по себе, но и по скорости создания. За последний год облик некоторых районов города полностью изменился. Сталин исторически будет признан, вероятно, великим строителем России, следующим за Петром Великим. Только в Москве за последний год было построено сто пятьдесят семь школ.
Террор.
Террор здесь – ужасающий факт. В Москве есть много свидетельств, что существует страх, который проникает и преследует все слои общества. Любое домохозяйство, каким бы скромным оно ни было, по-видимому, живет в постоянном страхе перед ночным рейдом тайной полиции (обычно между часом ночи и тремя утра). После того, как человека забирают, о нём ничего не известно в течение нескольких месяцев – и много раз никогда после этого.
Свидетельства об этом приходят из многих источников. Это: заявления, сделанные лично мне или членам персонала непосредственными свидетелями, заявления, основанные на реальных личных наблюдениях сотрудников (как в одном случае, вид борющегося несчастного, арестованного и оторванного от своего одиннадцатилетнего ребенка на улице перед соседним многоквартирным домом в три тридцать утра), или заявления российских граждан, которые по тем или иным причинам приходят в посольство в поисках помощи.
Общественная психология в этой ситуации и масштабы террора подтверждаются тем фактом, что почти ежедневно через кухню и жильё слуг приходят сообщения о перешептываниях и страшных откровениях о новых арестах, новых лишениях, новых опасениях и новых страхах среди их друзей.
Деятельность тайной полиции расширилась и дошла до ареста Советских сотрудников иностранных посольств, в том числе и наших.
Обычно утверждают, что тайная полиция этой пролетарской диктатуры столь же безжалостна и жестока, как и любая другая во времена старых царских режимов. Похоже, это древнерусский обычай. Эта конкретная чистка, несомненно, носит политический характер.
Из высказываний, которые я слышал от некоторых руководителей правительства, она сознательно производится партийными руководителями, которые сами сожалеют о необходимости этого, но тем не менее, не позволяют себе быть сентиментальными или слабыми в исполнении того, что считают своим долгом. Они верят, что нельзя делать великие Революции, распыляя духи.
Прежние движения в интересах пролетариата были уничтожены слабостью и ложной сентиментальностью. Они признают и сожалеют, что в этой ситуации должно быть много невинных людей, которые страдают, но они занимают позицию, что они должны сделать это, чтобы спасти свое дело, которое является высшим, и что успешное улучшение условий жизни пролетариата оправдает в исторической перспективе их нынешний курс.
Война и военная психология.
Четверть национального дохода в прошлом году была направлена на военные цели. Это примерно двадцать пять миллиардов рублей. По нынешнему курсу рубля на чёрном рынке в золоте, это примерно два-два с половиной миллиарда долларов. Расходы в этом году, вероятно, будут еще больше.
Есть признаки почти лихорадочной подготовки к войне. Путешественники сообщают, что огромные запасы продовольствия и припасов, включая военную технику, танки, корабли – охотники на подводные лодки, самолеты, грузовики и так далее, направляются на Дальний Восток нескончаемым потоком. Здесь, в Москве, ощущается нехватка ткани, которой не было в прошлом году и которая якобы вызвана военными нуждами.
Те промышленные организации, которые непосредственно связаны с военными потребностями, были недавно поставлены под непосредственный армейский контроль и надзор.
