– За рабочий день – рубль сорок три копейки. Также два и шесть килограмм зерна, 8 кг картофеля, полтора килограмма сена, полтора килограмма соломы. Кроме того, у каждого из них есть свои собственные зелёные овощи и фрукты. Те, у кого их нет, всегда могут получить их на ферме.
– Что же всё это составляет каждый месяц, по Вашему мнению, по сравнению с промышленными рабочими?
– Промышленные рабочие получают больше, чем колхозники.
– Что здесь получает средний колхозник примерно в месяц?
– От 150 до 200 рублей в месяц, считая по нашим ценам.
– А стахановцы и бригадиры?
– от 200 до 300.
– Таким образом, колхозник зарабатывает от 100 до 300 рублей в месяц по сравнению с промышленным рабочим?
– Да.
– Платит ли колхозник арендную плату за свой дом и землю?
– Нет. Они были даны правительством в бессрочное пользование.
– Учитываете ли вы при расчете заработной платы стоимость коровьего молока или это не учитывается?
– То, что он делает на своём собственном месте, является дополнительным.
– Что это за грядки, которые мы видим?
– Они предназначены для тепличных целей.
– Мы видели несколько огурцов, посаженных под стекло в довольно большом количестве рядов шириной около 5 футов и длиной от 35 до 40 футов. Сколько таких теплиц у вас есть?
– 1 030.
Посол диктует: 12 в ряд, всего около 100 рядов. У них также есть подвалы длиной 60 футов и шириной 12 футов, покрытые землёй высотой 8 футов, которые используются для хранения семян. Есть также довольно большой склад кирпича на территории, из которого они собираются строить теплицы.
– Насколько велики планируемые теплицы?
– 23,6 метров в длину и 6,9 метров в ширину. В этом году мы построим еще две.
– Какие фрукты есть у Вас в этом саду?
– Яблоки, груши, вишни и так далее.
– Вы каждый год вспахиваете и обрабатываете землю между этими деревьями?
– Да, но это еще не было сделано в этом году.
– Вы опрыскиваете деревья, чтобы убить червей?
– Да, два раза в год.
– Я вижу здесь несколько ульев. Сколько мёда вы получаете в год?
– 32 килограмма с каждого улья. У нас есть 180 ульев.
– Колхозом руководит директор, а кто ещё?
– Нас трое: председатель, его заместитель и полевой управляющий.
– После того, как вы оплатите все расходы и сделаете необходимые улучшения в хозяйстве, Вы разделите остаток между рабочими?
– Когда мы закончим платить машинно-тракторной станции и правительству, мы разделим его в соответствии с проделанной работой.
– Кто решает, что будет сделано с остальными деньгами?
– У нас есть общее собрание членов колхоза, которое принимает такие решения.
– Они также принимают решение о ставках, уплачиваемых за сдельную работу, или кто это решает?
– Руководство и бригадиры.
– А каждый участвует в делении излишков в соответствии с объемом выполненной работы?
– Да.
– Чтобы лучшие работники получали больший процент, чем остальные?
– Да, в зависимости от того, что им удаётся производить.
Документация о демарше, который провалился.
Номер 1105, Москва, 1-е апреля 1938-го.
Достопочтенному государственному секретарю.
Инцидент с предложенным протестом или демаршем дипломатического корпуса Советскому внешнеполитическому ведомству в связи с таможенными и некоторыми другими вопросами, затрагивающими дипломатический корпус.
Совершенно секретно.
Сэр, прошу позволения сообщить, что представляю настоящим сообщение о вышеупомянутом инциденте.
В то время, как детали предмета относительно неважны, обстоятельства, которые привели к этому инциденту и являются иллюстративными условиями здесь, могут иметь значение и ценность для департамента. Именно по этой причине я препровождаю настоящий доклад с некоторыми подробностями.
Общая обстановка.
Ситуация возникла из-за того, что в течение некоторого времени, и особенно в недавнем прошлом, отношение Советских таможенников к отъезжающим дипломатам вызывало большое возмущение в дипломатическом корпусе. При отъезде глав миссий или дипломатических должностных лиц, не являющихся главами миссий, Советский Союз настаивал на строгом применении Советских таможенных законов без учета дипломатических обычаев, существующих между странами.
Правительство настаивает на праве досматривать (по месту жительства отбывающего начальника миссии) все личные вещи главы миссии, которые он вывозит из страны, и, освобождая его от уплаты таможенных пошлин, тем не менее, взимает плату за оценку или административный сбор в размере трёх процентов с предметов, приобретённых в Советском Союзе, даже если такие вещи предназначены для личного пользования.
Что касается дипломатических служащих, не являющихся главами миссий, Советский Союз потребовал, чтобы личные вещи проверялись не в резиденции, а на правительственной таможне, что сопряжено с серьёзными трудностями. На дипломатический корпус были наложены и другие ограничения в связи с продажей автомобилей друг другу. Опять же, ввоз печатной продукции по почте в представительства был лишен дипломатического иммунитета.
