Я не мог бы свободно посвятить большую часть своего времени серьёзной работе, которую я пытался выполнить, если бы не блестящие способности мистера Хендерсона и высокая эффективность мистера Уорда, освободившие меня от значительной части административной работы по выполнению этой миссии. За эту ситуацию и за эти услуги я Вам очень благодарен.
Эта ситуация, однако, не означала, что я был незнаком или оторван от работы, которую выполнял персонал. Я был знаком с ней, и я хочу сказать Вам, что у Вас есть прекрасный общий уровень. Вы не знали, что такое смотреть на часы в чрезвычайных ситуациях. Вы никогда не колебались, чтобы добровольно продолжать работу до глубокой ночи, когда нужно было отправлять отчёты. Вы были тем, чего я ожидал бы от прекрасной группы людей на службе нашего великого правительства. Я хочу сказать Вам это, поскольку ухожу. Вам, мои товарищи, я хочу выразить особую благодарность за Ваше великодушие по отношению к вашему шефу.
Временами, это было совсем не легко, потому что я привык к довольно сильным и прямым действиям в качестве главы моего собственного бизнеса и боюсь, что временами я мог показаться требовательным и невнимательным к другим в своём желании выполнить задачу. Боюсь, что по этой причине со мной нелегко работать. Если так, то мне очень жаль. Во всяком случае, я всегда находил очень щедрый и верный ответ от мистера Хендерсона и каждого из моих коллег. Я уверен, Вы все знали, что я хотел как лучше. Трудно научить старую собаку новым трюкам.
В частности, есть одна вещь, которой я особенно горжусь в связи с нашим персоналом во время моей администрации, а именно: поскольку я общался с представителями дипломатического корпуса других национальностей, я часто удивлялся нескромности и плохому вкусу – конечно, я говорю это в кругу семьи – некоторых членов дипломатического корпуса. Нередко я обнаруживал, что те, кто принимал многие любезности и гостеприимство из рук правительства, которому они были аккредитованы, имели дурной вкус и дурное суждение. Чтобы изо всех сил придираться и критиковать, совершенно бесполезно, многие вещи, которые без нужды оскорбляли чувства здешних чиновников, с которыми они вели дела и от которых они принимали любезности.
Как практичный деловой человек, я не мог этого понять. Если дипломатия что-то значит в правительстве или если она что-то значит в бизнесе, то она означает искусство ладить и улаживать разногласия с наименьшим количеством раздражения и наименьшим количеством трудностей. Всё это, однако, согласуется с фундаментальным принципом, что человек никогда не уступает самоуважению или стойко отстаивает идеалы нашего правительства, когда и где это необходимо.
С точки зрения простого здравого смысла, элементарно не следует без нужды и напрасно обижать людей, с которыми приходится иметь дело. Я не являюсь профессиональным государственным дипломатом, но я уже много лет общаюсь с высокопрофессиональными и деловыми дипломатами. По моим наблюдениям, дипломаты, будь то политики или бизнесмены, если они большие люди, не должны постоянно провозглашать свою собственную добродетель, чтобы сохранить самоуважение. Это достаточно сильно, чтобы быть принятым как должное.
Кроме того, они никогда не пытаются увеличить свой собственный рост за счет ненужного умаления других. Такие люди никогда не упускают возможности сразиться с палашом, когда обстоятельства с честью требуют, чтобы они заняли принципиальную позицию. Великие дипломаты нашей собственной службы никогда понапрасну не наносят обиды. От Бенджамена Франклина до наших дней наши дипломаты не нуждались в опеке Честерфилда, чтобы считаться с чувствами других людей.
