Переходя к первому вопросу разногласий, я напомнил мистеру Нейману, что лично я был склонен признать обоснованность их позиции и даже рекомендовать департаменту уступить в этом вопросе, и в этом отношении я был уверен, что нахожусь на логическом основании. Однако впоследствии, Советское внешнеполитическое ведомство пришло к выводу, что такое двустороннее соглашение не будет иметь никакой ценности, если в нём не будут предусмотрены исключения в отношении стран Балтии и стран Южной и Восточной Азии.
Ввиду такого развития событий, я был теперь вынужден отказаться от прежней позиции, ибо такая позиция, по моему мнению, полностью изменила бы ситуацию и была бы явно несправедливой. Затем я заявил, принимая во внимание их позицию, что исключение этих стран является непременным условием двустороннего характера соглашений. Моё правительство проинструктировало меня, что предлагаемое двустороннее соглашение не может быть принято и поэтому дальнейшие обсуждения будут бесполезны.
Во-вторых, что касается соглашения об экспорте, департамент занял позицию, согласно которой его проработка (даже если она будет согласована сейчас в принципе) потребует очень тщательного рассмотрения, что неизбежно займёт некоторое время и повлечёт за собой серьезную задержку в заключении соглашения.
В-третьих, что касается объема закупок, нашей уверенной позицией было, что мы вправе ожидать, принимая во внимание весьма существенные уступки, которые мы им делали (примерно 1 000 000 долларов в год), они не будут принижать ни себя, ни нас, предлагая что-либо меньшее, чем 40 000 000 долларов.
В заключение я сказал, весьма откровенно, что ситуация теперь сводится к следующему: соглашение может быть быстро заключено при условии, что оно носит односторонний характер и что 40 000 000 долларов – сумма, согласованная Советским правительством для закупок в Соединённых Штатах. После продолжительного обсуждения они, по-видимому, согласились, что двусторонний характер договора не рассматривается. Вместе с тем, они настаивали, что как вопрос принципа они имеют право на соглашение, предусматривающее режим наибольшего благоприятствования как в отношении экспорта, так и в отношении импорта.
Нет никаких реальных оснований для дискриминации в отношении них по поводу экспорта. В данных обстоятельствах это было скорее пристрастное предложение исключить экспорт, поскольку оно содержало некоторую подразумеваемое ущемление их прав, которое они не могли рассматривать как оправданное и они особенно чувствовали, что не должны подвергаться дискриминации, если они обязуются закупать определённое количество товаров в Соединённых Штатах, в отличие от других стран, находящихся в аналогичном положении, которые не взяли на себя никаких определённых обязательств в отношении закупок в Соединённых Штатах.
Они также заявили, что высоко оценивают трудности, которые мы наметили в связи с законодательством о нейтралитете и возможной необходимостью изменения положений с учетом такого законодательства, но они заявили, что были бы полностью готовы принять формулировку, содержащуюся в Нидерландском договоре, адаптированную к одностороннему соглашению, вместе со вторым пунктом статьи одиннадцатой Нидерландского договора. В связи с этим они были бы готовы взять на себя обязательство в дополнительном письме принять любое изменение формулировки, которое Соединённые Штаты требуют и получают от других стран, находящихся в аналогичном положении, при условии только, что не будет никакой дискриминации в отношении режима, предоставляемого Советскому Союзу, в отличие от режима, предоставляемого другим странам, имеющим аналогичные права в отношении экспорта из Соединённых Штатов.
Затем я спросил, насколько разумно, по их мнению, было бы мне заявить департаменту, что в случае принятия их предложения относительно экспортной оговорки не возникнет никаких проблем в связи с обязательством на сумму 40 000 000 долларов приобрести товары в Соединённых Штатах. Они заявили, что я был бы вполне оправдан, сделав это заявление, но существует оговорка, что они не были готовы определённо взять на себя обязательства в размере 40 000 000 долларов. Однако подразумевалось совершенно ясно, что они будут рекомендовать это и оно пройдёт, но они не хотят быть связаны определёнными обязательствами.
