По дороге обратно в Москву я остановился в Берлине и навестил Шахта в Рейхсбанке. У нас вышел долгий разговор. Он с большим пылом пустился в долгое обсуждение несправедливостей, которые Германия потерпела и всё еще терпит от рук Британии и Франции. Я выслушал его до конца, но затем стал говорить с ним весьма откровенно.
Эти вещи, – сказал я, – могут убедить американский народ, за исключением одного фактора. Это – воинственная и угрожающая позиция, занятая лидерами Германского Рейха. Совершенно дерзкая и жестокая манера, в которой они угрожают тем, что они сделают "если только не". И всё это с постоянным позвякиванием саблей.
Иллюстрируя свою мысль, я привёл факт, что если фермер из Миннесоты в силу неудач, неурожая или пожара, сталкивается с нуждой и разорением, его соседи создадут "общество помощи" и объединятся, чтобы помочь неудачливому, но порядочному гражданину получить шанс встать на ноги и стать процветающим, уважающим себя членом общества.
Но если эти же самые соседи придут к убеждению, что этот неудачливый человек на самом деле Джесси Джеймс, бандит, который воспользуется их помощью и станет сильнее только для того, чтобы позднее напасть на них, они естественно останутся глухи к его мольбам о несправедливостях, которым он подвергся. Я полагаю, это иллюстрирует позицию, в которую Германия быстро загоняет себя.
Он ответил, что они пробовали действовать таким образом и потерпели неудачу. Единственный язык, который понимает Франция и Британия, – язык силы. Я сказал, что не думаю, чтобы дело обстояло таким образом.
Затем я очертил предложение президента по ограничению вооружений только до защитного оружия. Такого, что мужчина может унести на своём плече. Он почти подпрыгнул на своём кресле от энтузиазма. Он сказал, что это настолько просто, будто выражено гением. Он считает, что это возможно удастся сделать.
Он спросил меня: "Вы сможете повторить эти вещи Гитлеру, если отыщется такая возможность?" Я сказал: "Разумеется, буду рад сделать это." Он сказал, что, по его мнению, это можно организовать (Смотри письмо президенту).
Что ж, увидим! Это проверка, есть ли действительно воля к миру или жребий уже брошен и Гитлер выбрал свой путь. Безвозвратный путь. К войне.
25-е июня – 28-е июля 1937-го.
Дневник, Москва, 25-е июня 1937-го.
Марджори и я посетили Новодевичий монастырь. Внутри монастыря располагается кладбище, на котором в освящённой земле похоронена жена Сталина. Могила отмечена стелой из грубого белого мрамора в центре островка зелёной травы, ограниченного чёрным мраморным бордюром.
Из этого грубого белого мраморного камня выступает изумительная голова милой женщины – красивое лицо, волосы просто убраны за уши и собраны узлом на затылке. Тело и грудь теряются в грубом камне простой стелы. Это очень красивый образчик скульптуры создан известной женщиной-скульптором Мухиной.
Это она создала величественную фигуру мужчины и женщины, размещённой на вершине Советского павильона на Парижской выставке.
