Хочу подчеркнуть, что специально прояснил японскому послу, что встречаюсь с ним по моей собственной инициативе, в первую очередь, чтобы уточнить факты. Что, выражая мою собственную надежду, что данному инциденту не позволят развиться в большую ситуацию, которая могла бы вызвать катастрофу войны, я ни коим образом не выступаю от имени или по указаниям моего правительства, так как не получал подобных указаний.
В следствие быстроты развития событий, я взял на себя ответственность предпринять вышеуказанные действия, в виду получения настолько точных фактов, насколько возможно из первых рук, чтобы доложить Вам и президенту. А также, поскольку надеюсь, что смогу внести вклад в умиротворение опасной ситуации без серьёзного риска недопонимания. Имею честь оставаться, сэр, искренне Ваш, Джозеф Дэйвис.
Примечание посла. Позднее в 1938-м году в Европе одно высокое официальное лицо Японии сказал мне, что японское правительство умышленно провело эти проверки Советской обороны и военной мощи. Японцы были удивлены и впечатлены механизированными силами и эффективностью Красной армии на Востоке.
(Примечание Мемуариста. Ну что и требовалось доказать. Посол так и пишет, что имела место японская провокация. Гораздо интереснее позиция США. К началу июля инцидент на Амуре развивается уже две недели. Вся мировая дипломатия возбуждённо гудит. А у американского посла нет никаких указаний предпринять хоть что-нибудь. Как будто не происходит ничего.
Для понимания, китайцы до сих пор считают датой начала Второй мировой войны не сентябрь 1939-го, а вот эти жаркие июльские дни 1937-го. В мире отчётливо начинается Мировая война, а США с удовлетворением спокойно за этим наблюдает.
И не нужно говорить, что в Белом доме кто-то что-то не понимал. Мы только что прочли крайне определённое донесение в Вашингтон. А ведь кроме посла действовали еще разведки, корпорации и т.п. Зато теперь поляки рассказывают в Европарламенте, будто дорогу к Войне открыл СССР, подписав договор о ненападении в августе 1939-го. Просто смешно! Продолжаем.)
Дневник, Москва, 4-е июля 1937-го.
В полдень праздновали четвёртое июля (День независимости), с пяти до семи официальный приём. Собрался весь дипломатический корпус. От двадцати до двадцати пяти Советских официальных лиц из ведомства Литвинова, также судья и миссис Ульрих (он председательствовал на всех этих процессах о чистках).
(Примечание Мемуариста. Василий Ульрих – личность крайне масштабная. Двадцать два года бессменно председательствовал Военной коллегией Верховного суда СССР. Прокурора Вышинского все отчего-то помнят отлично, а вот Ульрих остался на втором плане.
Между тем, это он судил революционера и террориста Бориса Савинкова. Он возглавлял коллегию на первом и втором процессе антисоветского Троцкистского центра, судил Тухачевского и заговор генералов. Через его руки прошли после Войны дела предателей Власова, атаманов Шкуро и Краснова и многих других.
Сегодня либералы приписывают Ульриху звериную жестокость. Якобы, он лично расстреливал обвинённых. Чуть ли не в зале суда. Например, существует басня о личном расстреле бывшего наркома юстиции Крыленко.
