– Нет, дело не в этом, – ответила Эвия, вздрогнув от холодного ветра. – Я знаю в какой тюрьме сидит тот, кто убил мою мать. Я ездила к нему сегодня и заглянула в его глаза, но всё, что я увидела – удовлетворение от сбывшейся мести. Я помню всё, каждую мелочь, которая тогда произошла и виню себя за то, что ничего не смогла сделать. Я отталкивала от себя всех, кто мне дорог, только из-за того, что боюсь потерять их. А потом… я представила себя одну, и мне стало страшно. Что будет, если я останусь совсем одна?
Ветер слабо повеял в их сторону. Грудь сдавило от давящей боли, дышать всё тяжелее. Нейтан долго раздумывал над словами девушки, чей взгляд безжизненно смотрел вдаль. Он прикоснулся к её ладони, крепко сжал и стал согревать её. Повернувшись друг к другу, они встретились глазами, Нейтан потянулся к ней и крепко обнял её. Тихо, почти еле слышно, он прошептал ей на ухо пять слов, в которых она так сильно нуждалась.
Бледное солнце мрачно освещало тёмную квартиру мужчины. Эвия прошла в спальную комнату, на глаза сразу же бросились холсты, которые Нейтан забрал себе. Парень помог девушке снять мокрую куртку и повесил её сушиться. Эвия присела на стул и тут же вскочила, замечая проигрыватель виниловых пластинок.
– Он работает? – с нескрываемым интересом спросила она, подходя к проигрывателю. – У моей бабушки когда-то такой же был.
– Да, – ответил парень, замечая, как его гостья рассматривает пластинки, лежащие около проигрывателя. – Мне нравятся такие вещи, если хочешь, поставь какую-нибудь. На свой вкус.
Нейтан прошёл на кухню и повернулся к девушке спиной, достав две чашки из верхней тумбы, он закинул в заварочный чайник немного чая, после чего залил кипятком и оставил настаиваться. Эвия аккуратно перебирала пластинки, выбирая музыку, которая есть у парня. От классики до современных эксклюзивов, она откладывала картонные коробки в сторону, пока не взяла в руки знакомого композитора.
– Может что-нибудь такое? – спросила гостья, поворачиваясь к парню с пластинкой в руках.
– Можно, – коротко ответил он, подходя ближе к девушке и помогая ей поставить виниловую пластинку на слипмат.
Нейтан настроил проигрыватель и, как только игла коснулась диска, заиграла тихая мелодия. Эвия присела на мягкий стул и облокотилась на него спиной. Парень сел напротив неё. Некоторое время они молчали, подбирали слова к разговору, который так и не закончили.
– Зачем ты ездила к нему? – начал разговор Нейтан.
– Хотела знать, почему он так поступил, – секундное молчание, – неважно. Всё же что-то я…
Дыхание сбивается со спокойного ритма, тыльной стороной ладони девушка, не смотря на парня, стирает слёзы и отводит взгляд в сторону. Ей стыдно за себя и от этого она злится. Пусть он и говорил не бояться своих чувств и эмоций, ей стыдно за свою слабость перед ним. Она хватает носом воздух, прикусывает нижнюю губу и пытается вернуться в реальность, не давая себе окунуться в гнусные воспоминания.
– Ответь мне, только честно, – серьёзным тоном произнесла Эвия, заглядывая в тёмно-карие глаза Нейтана. – Почему ты помогаешь мне?
Он рассмеялся и покачал головой, чем ещё больше ввёл в заблуждение.
– Не знаю, может просто хочу загладить вину за одним человеком, а может, потому что должен помочь тебе, – парень на секунду замолчал и продолжил, – однако, если не хочешь этого, просто скажи мне, и я отступлю.
– И ещё, – он притих, но тут же продолжил, – Луиза Джонс, тебе знакомо это имя, да?
Слова эхом раздались у неё в голове, не понимая к чему он ведёт, она посмотрела на задумчивого собеседника перед собой.
– Да, знакомо, – тихо ответила девушка, подозревая, какой за этим последует ответ.
– Она моя мать. Вряд ли она извинится перед кем-то, поэтому я хочу попросить у тебя от её лица прощение. Я думаю, что твой отец, она и другие люди, требующие от тебя правды, просто загнали в угол. Поэтому я хочу помочь тебе выбраться из него.
Данные слова давались ему с невероятным трудом, но он даже и не думал останавливаться. Медленная мелодия сопровождала внезапно наставшую тишину. Она давала им обоим обдумать свои слова, которые последуют дальше.
– Моя мать после смерти отца просто-напросто стала загонять себя работой и со временем потеряла всю свою человечность, – произнёс Нейтан и добавил, – я не собираюсь оправдывать её. Она умеет давить на людей и добиваться своего.
– Спасибо, что рассказал об этом, – ответила девушка, бросая взгляд на окно, – Уже темнеет. Я, пожалуй, пойду.
– Да, конечно, – тихо ответил парень.
Выпроводив девушку из квартиры, он вернулся в комнату и перевёл взгляд на окно. За грозными тучами вылезли яркие лучики солнца, они освещали комнаты и стол, где стоял остывший чай, к которому она так и не притронулась.
Очередной день за работой в уже привычной для девушки программе не приносил какого-либо удовольствия. Она, словно робот, набирала цифры на клавиатуре, не обращая внимания на своих коллег и знакомых, переживавших за её состояние в последние дни.
