– Хотелось бы услышать и твою версию. Я ему не верю ни на грош. На самом деле я… – она запнулась, еще не зная, как далеко хочет зайти, – не знаю, что о нем думать. В его истории концы с концами не сходятся.
Она услышала, как задвигаются шторки в боксе Наташи. Шлепающие шаги приближались.
– Я в курсе, что ты врала насчет того, сколько раз на самом деле встречалась с Полом, – быстро зашептала она. – И мне интересно знать почему. Действительно интересно.
– Пора, время вышло, – нараспев произнесла медсестра; легкость ее тона не вязалась с выражением глаз.
Ловко натянув Эми манжету для измерения давления, она прицепила к ее пальцу пульсометр и опустила руку обратно на кровать.
– Спасибо, что дали мне время.
Алекс подхватила сумку и телефон, похлопала себя по карманам, проверяя, на месте ли ключи, и, услышав, как медсестра сказала что-то о повышенной частоте сердечных сокращений, выскользнула из бокса, стараясь не встретиться глазами с доктором.
Ей пришло в голову, что с Эми она общается больше, чем с кем-либо еще. Она стала ценить эти тихие совместные минуты и ничего другого не ждала с таким нетерпением. Когда ее мир успел настолько сузиться?
А Эми – интересно, понимает она, каким узким стал ее мир? Дружба, которая значила для нее все и казалась такой крепкой, была подточена случившимся и окончательно разрушена временем. Эми не имеет никакого представления ни о большом мире, в котором живут ее друзья, ни о том, что за маленький, личный мир построил для себя каждый из них.
Тоска по Мэтту была нестерпимой. Но не только по нему. Ей не хватало друзей; не хватало ощущения, что ее мир вращается, пересекаясь с другими. В жизни бывших друзей она теперь занимала места не больше, чем Эми.
Походы в ресторан. Вечеринки с приятелями. Женские сплетни в туалете. Интервью с интересными людьми в отмеченных мишленовскими звездами заведениях. Жизнь по ту сторону бархатного шнура. Все это кануло в Лету.
Когда она, дымясь от ярости, послала «Таймс» подальше, то решила, что весь мир лежит у ее ног.
Решила, что достаточно ткнуть пальцем и выбрать нужный вариант.
Она собрала свои лучшие статьи в красивую небесно-голубую кожаную папку и, держась одной рукой за раковину, накрасила глаза строго в соответствии с советами журнала Grazia, уверенная в том, что внимание к деталям обеспечит ту самую вишенку на торте.
Аккуратно пролезла на водительское место, отрегулировала застывшие под немыслимыми углами боковые зеркала, проложила в навигаторе маршрут до Лондона. Набрала в грудь побольше воздуха и глотнула побольше виски.
Аромат духов, казавшийся в магазине таким свежим, перемешивался с исходящим от нее кислым запахом бурбона. Вытряхнув в рот очередную мятную конфету, она помассировала пальцами виски и открыла окно, запуская внутрь струю свежего воздуха. Потом наконец тронулась.
«Они там все попадают», – думала она по дороге, то и дело косясь на разделительную полосу, чтобы убедиться, что едет по правильной стороне.
За несколько месяцев до этого она отклонила предложение стать младшим редактором в Grazia. «Делай как знаешь, – сказал Мэтт, хотя явно не понял ее отказа. – Но разбираться в моде тебя бы прямо там и научили. Правда, по мне, так ты и без того в ней разбираешься. Ты всегда отлично выглядишь».
«Дело не только в моде, – пыталась объяснить она. – Там вообще все по-другому устроено. Да еще ответственность, куча материала. Надо все координировать, раздавать какие-то задания. Я уже сто лет никому ничего не поручала – с тех пор, как уволилась из Mizz! И вообще не представляю, как за это взяться. Больше похоже на геморрой, чем на отличный шанс».
И все-таки Мэтт был прав. Нужно было согласиться. Она бы обучалась прямо на месте; главное, что у нее есть чутье и творческий подход. Плюс более нормальная обстановка в офисе – не то что этот газетный вертеп… да, возможно, тогда все сложилось бы совсем иначе. И сейчас все было бы иначе.
«Вот теперь все наладится», – думала она по дороге.
К бизнес-центру, в котором размещалась редакция Grazia, она подъехала с крепко сжатыми от нервной городской езды челюстями. В ушах стоял писк пешеходных светофоров и гудение автобусов. Она припарковала машину прямо у входа, слегка заехав на тротуар, чтобы не перегораживать дорогу.
Вообще говоря, здесь, посреди Шафтсбери-авеню, парковочных мест не было. Однако останься она на улице еще хоть на секунду – и нервы бы не выдержали.
Внутри пришлось подождать: девушка за стойкой возбужденно обсуждала с охранником какое-то происшествие на улице. Ее прямые гладкие волосы блестели, точно коктейльные вишни в сиропе, а ядовито-красные губы, должно быть, требовалось постоянно подкрашивать.
– Я могу вам помочь? – наконец повернулась она к Алекс, улыбаясь.
– Я к Мелиссе Кроу. Алекс Дейл, – ответила Алекс, перекладывая папку с вырезками в другую руку.
– К Мелиссе Кроу? – слегка нахмурилась девушка, бросив взгляд на охранника, который совершенно не интересовался происходящим.
– Да, – резко бросила она.
– Мелисса недавно уволилась. Вы с ней договорились здесь встретиться?
– Э-э-э… нет. Не совсем.
