— Он — это не я. Как бы я не желал этого, но контролировать его полностью не могу. И если он ощутит, хотя бы отголосок твоего страха, я могу не успеть его остановить.
Теперь уже моя бровь взлетела ввысь вопросом:
— Ты решил меня запугать?
Короткий смешок, который совершенно не вяжется с жестким взглядом, в котором, несмотря на пылающий огонь, царит холод.
— Пытаюсь дать тебе возможность оценить меру твоей ответственности за собственное решение.
— Ты добился того, чего хотел. И я готова к этой встрече. — Мне бы ту уверенность, с которой я говорила.
— Хорошо. — Он кивнул и, резко развернувшись, направился к воде. — Будь готова открыть портал. — И, неожиданно обернувшись, словно надеясь захватить меня врасплох, добавил: — Если он не успеет его заблокировать.
Эти слова не только вернули мне ощущение схватки, но и подарили ясное осознание того, что среди целей, которых он добивается, вновь есть я. И это было бы странно, если бы….
Если бы не те вопросы, которые я сама себе задавала. И с ними стоило разобраться как можно скорее, чтобы не разрушить то, что и так уже начало давать трещины: наш последний разговор с Олейором оставил после себя неприятный осадок.
Солнце еще не полностью скрылось за вершинами деревьев, и по воде пролегла зыбкая полоса: вместо изумрудного зеркала — манящая к себе мгла, по которой расстелена мерцающая кроваво-красная дорожка, ведущая в бездну. И замершая у самого ее края фигура — черный провал в сгустившемся сумраке и ореолом вокруг головы серебряное сияние на кончиках волос.
Мистичность картины портили белоснежные форменные брюки, выделяясь светлым пятном на темном фоне.
А потом мне стало не до созерцания: вокруг Вилдора заклубилась мгла Хаоса, выплетая призрачные крылья, с каждым мгновением становившиеся все очевиднее, обретая видимую плотность и украшения в виде устрашающего вида когтей на каждом изломе.
Его щиты слетели, как только начались изменения и теперь на меня накатывали валы силы, ощутив которую хотелось опуститься на колени и склонить голову, признавая его власть и право повелевать. И хорошо, что я уже сталкивалась с его мощью. Правда, только теперь имея возможность сравнить то, что он демонстрировал при нашей первой встрече и то могущество, которое он открывал мне сейчас.
Но мне было, что ему противопоставить, и мы оба это знали.
Вместо того чтобы укрыться за своей защитой, я полностью раскрылась Дариане, сливаясь с потоками ее сил, растворяя себя в том, что называлось этим миром.
— Ты порадовала меня. — Его голос стал ниже и глуше, напоминая низвергающийся где-то вдалеке водопад.
Я не заметила, когда он повернулся ко мне, продолжая стоять на берегу озера. В черной пустоте взгляда вспыхивали алые молнии. Вздувшиеся бугры мышц на груди и руках только подчеркивали неукротимость его внутренней сути.
Догадываясь, что Вилдор не собирается уменьшать расстояние между нами, я сама сделала первый шаг.
— Тем, что не подчинилась? — усмехнулась я, четко осознавая, с чем именно я играю.
Я прекрасно понимала, что его предостережения не были пустым звуком. Он был опасен, пусть и значительно преувеличивал эту опасность лично для меня. Но… я знала, что эта встреча с берсерком будет далеко не последней, и предпочла разобраться с этим феноменом до того, как вместо относительно контролирующего себя бывшего ялтара столкнусь с кем-нибудь подобным тому, кто пытался меня похитить. А то, что он мало в чем уступал дарианскому кошмару, я сумела ощутить.
— Ты использовала то, что тебе дано. Но подобное преимущество будет у тебя лишь в тех мирах, которые тебя признали.
— Ты хочешь сказать, что могут быть и другие? — Я преодолела уже половину пути, и теперь каждый новый шаг давался мне с трудом. Похоже, кто-то очень не хотел, чтобы я подходила ближе.
— Тот берсерк рожден не на Дариане. И мне хотелось бы узнать, откуда именно он пришел.
— Только не говори, что у тебя нет догадок на этот счет? — Я постаралась не обращать внимания на то, как вспыхнули и так отсвечивающие алым глаза, как медленно, но очень угрожающе, напряглось его готовое к броску тело.
Как близок он к грани подтвердило раздавшееся рычание:
— Ты провоцируешь меня, Лера.
— Точнее, провожу эксперимент. — Несмотря на внешнюю легкость, с которой звучал мой голос, я сама себе напоминала натянутую тетиву. И это ощущение будоражило мою кровь, рождая в душе воспоминания об ощущении безграничной свободы, которое я испытала, впервые взвившись в небо драконом. И хотя без помощи Тахара повторить тот полет мне вряд ли удастся, память о нем будет являться каждый раз, когда чувства будут достигать подобного накала.
— Ты самонадеянна. — В том, как он это произносит, слышится свист сорвавшейся стрелы.
И это существо, которое так похоже на Вилдора, но им, как он и предупреждал, не является, двинулось мне навстречу. И теперь уже не напряжение сгущается вокруг нас, а сам изначальный хаос расстилает между нами ледяную пустыню, обрекая лишь на один исход.
