Они проматывали быстрее вечерние и ночные записи – все равно в темноте ничего не распознать – и главным образом изучали утренние и дневные часы, чтобы не пропустить красно-черный «ниссан-жук» Хлои. Люси заметила его на записи, сделанной три недели назад. Хлоя остановилась заправиться без четверти девять утра. Уже хорошо, пусть они и не узнали ничего конкретного. Во всяком случае, она сюда заезжала по дороге на работу.
Смотреть, как она идет в обтягивающих джинсах, на каблуках, в лиловом свитере, такая живая, такая… «нормальная», было невыносимо до боли в сердце. Как могла жизнь этой женщины перевернуться за одно мгновение? Лишь потому, что на нее упал взгляд монстра? Все рухнуло в момент удара о бампер, она ничего не могла поделать.
Торранс зевнула и выпила банку «кока-колы зеро», чтобы взбодриться. Людивине не сиделось на месте. Слишком долго без движения. Пора было дать телу нагрузку, пропотеть, очистить голову.
В темном закутке, где они просматривали записи, слышался только гул приборов и приглушенные звуки снаружи, когда входили и выходили все более редкие клиенты.
На экране день следовал за днем, машина сменяла машину. Только тайм-код помогал следить за временем. Людивина чувствовала, что телемарафон близится к концу. Все зря. Лишь напрасное перенапряжение сетчатки. Но лучше сделать и пожалеть, чем не сделать и мучиться сомнениями. Выбора нет. Нужно исследовать любые варианты.
В десять вечера явился региональный менеджер АЗС, слишком хорошо одетый для данных обстоятельств. Он волновался, не пора ли вызывать корпоративных адвокатов. Его заверили, что процедура проводится в правовых рамках, так что имидж компании не пострадает. Это лишь проверка записей за месяц. Менеджер пошептался со своим сотрудником, и тот согласился остаться, пока они не закончат, – ему внезапно перепал бонус за ночные часы. Затем сотрудник вернулся к ужину.
Люси с Людивиной снова засели в каморке. Оставалось десять дней из тридцати. Если не ускориться, придется сидеть полночи.
– Схожу за кофе, вам взять? – спросила Людивина.
Торранс молча покачала головой, не отрываясь от монитора. Когда Людивина вернулась с дымящейся чашкой растворимой арабики, та стояла перед экранами.
– Есть! – жестко произнесла она.
– Что?
– Хлоя, в прошлую пятницу, за четыре дня до похищения. Заправляется по пути домой. Смотрите сами!
Яркий «ниссан-жук» припаркован рядом с колонкой. Хлоя вешает на место заправочный пистолет. Чуть дальше стоит «рено-эстафета».
– Она одна? – поинтересовалась Людивина.
– Вроде да. С этого ракурса салон плохо виден, но когда она припарковалась, я никого внутри не заметила.
Угол обзора камеры позволял видеть часть улицы и обочину.
– За ней кто-нибудь ехал?
– Через тридцать секунд появился внедорожник, но я не знаю, завернул он на станцию или проехал мимо.
– А с другого ракурса?
Станция была оборудована тремя камерами: одна внутри, две снаружи.
– Нет, вторая смотрит на зону накачки шин и торец здания. Тот, кто выбирал место для этой камеры, полный дебил, проку от нее никакого.
– А что за «рено-эстафета» перед ней?
– Уже стоял, когда Хлоя припарковалась. Вот владелица. – Люси указала на третий экран. Полная женщина тяжело топала между стеклянными холодильниками с напитками.
На первом мониторе Хлоя взяла из машины сумку, исчезла из поля зрения, видимо отправившись платить, а вскоре появилась в магазине.
Люси и Людивина вздохнули. Никакой зацепки.
Снизу в кадре возник мужчина. Крупный, на лицо надвинут капюшон, темные, вроде бы спортивные штаны. Он подошел к машинам, сунул под дворники «ниссана» листок в желтую полоску с неразличимыми надписями и исчез. Разглядеть лицо не удалось, но они заметили руки в перчатках.
Люси наклонилась к монитору.
– Вот черт… – пробормотала она. – Это он.
– Я бы тоже порадовалась, но не рановато ли обвинять парня?
Торранс постучала ногтем по изображению «рено».
– Он что, сует рекламу только владельцам «ниссанов»? На «рено» не хватило?
Людивина поморщилась. Справедливое замечание. Но вряд ли из этого следует, что это был Харон…
Толстуха появилась в кадре, села в машину и тронулась с места раньше Хлои. Наконец уехал и «ниссан».
Запись еще не закончилась. Секунд через тридцать в кадре возник черный внедорожник. Очевидно, был припаркован сзади, в слепой зоне.
– Тот же самый, что ехал за Хлоей?
Торранс кивнула, зачарованно глядя в экран.
– Это он, я уверена.
Людивина тяжело сглотнула. Люси права. Внедорожник въехал на территорию АЗС, но водитель не заправлялся и ничего не покупал в магазине. Он благоразумно спрятался. И ждал.
Как охотник, подстерегающий добычу.
