Основа советской интернациональной идентичности – героический миф Великой отечественной войны. Основа национальной идентичности – не столь мифология, сколько живая этничность, проявленная не в тюбетейках и вышиванках (это лишь атрибутика), а в связях. Русская идентичность – самообман. Русская идентичность – отсутствие идентичности. Это хорошо чувствуют другие, например, рэпер Тимати заявил, что его отец мусульманин, а мать еврейка, поэтому он, наверное, русский. А без идентичности нет субъекта гражданской активности, поэтому упрекать русских в пассивности смешно. Распространяющаяся сегодня русофобия будет спадать с пониманием того, что применять к стройматериалу песку и стройматериалу кирпичу одинаковые требования бессмысленно, ибо у них абсолютно разные показатели качества и предназначение.
Русские националисты полагают себя частью огромного непроснувшегося народа и выступают от его имени, считая его ресурсной базой и тратя все силы на его пробуждение. Многие думают, что вот еще немного пропаганды, еще немного мигрантов, еще немного репрессий – и критический рубеж будет перейден, и стомиллионный русский народ, ведомый националистами, обретет наконец самосознание и станет монолитом. Это заблуждение: не бывать дюне айсбергом. Только просеивание тонн песка в поиске немногих социально живых и биологически активных элементов, «подобных зернам горчичным», приводит к образованию в русской среде дееспособных сообществ на идейной основе. Их будущее во многом зависит от работы дискурсоводов, распространяющих адаптированные к России идейные конструкты – воду для нациестроительства.
Последнее время русские под давлением со всех сторон (читай – из-под палки) многое осознали и проявили склонность к объединению, они уже жаждут его, как пустыня дождя. Найти объединяющий импульс внутри они не могут (ибо песок бесплоден) и потому интеграция идет извне, на основе внешних дискурсов, как во времена империй. Предпосылкой организации групп становится общая идентичность, причем не бессознательно воспринятые в детстве мифы и не наведенный русский морок, а выработанное самостоятельно политическое мировоззрение. Сформировавшиеся в результате дискурсивные группы пытаются привить свою идентичность русскому массиву, но она уходит в него, как вода в песок. Связи крови и почвы у русских настолько редки и коротки, что этносистема не складывается. Замена этих связей на идеологические позволит создать систему, но она изначально не будет этнической.
Пора отказаться от самообмана. Нет никаких русских. Есть строительное сырье – замечательный мелкодисперсный песок. И есть группы неэтнических идентичностей – советские, нацболы, охранители, анархисты, клептократы, национал-социалисты и прочие. От типовых русских они отличаются не видом, а сущностью, как горчичные зерна от песчинок. Каждая из таких групп несет свою идею интеграции, устроения своего порядка.
Гибридный советский тяни-толкай, сочетающий наднациональную идентичность с имперской подоплёкой, лидирует по масштабу. Роль в нем русских как расходного материала в строительстве грандиозного концлагеря крайне мазохична и потому многим нравится. Оценивая применимость такой интегративной идеи, как евразийство, следует указать, что если классическую теорию Трубецкого и Гумилева можно в какой-то мере сравнить с великолепным эллинизмом, то современное конъюнктурное азиопство уже резко диссонирует с ним. То же касается и западных либеральных конструктов, вызывающим уже слишком много вопросов и на самом Западе. Ислам сделал рубеж цивилизаций непреодолимым для любых интегративных идей, кроме исламизации. Возникла мембрана с односторонней проницаемостью, и это касается не только ислама – религиозно-расовый барьер с Югом (мир ислама) и Востоком (Восточная Азия) русские могут преодолеть лишь ценой полного растворения в чуждых обществах, что станет грандиозной потерей для расы, ибо русские – ее последний резерв.
На наш взгляд, оптимален такой метод использования русских как наполнителя: русский песок должен быть смешан с цементом живого этнонационализма, щебнем радикальных групп и водою соответствующего дискурса нацбилдинга. Вариантов не так много, ибо якутский, чеченский или китайский этнонационализм тут решительно не подходят. Этот замес уже идет на Украине, и если там его смогут верно оценить и армируют политической структурой – у новой восточноевропейской нации будет большое будущее. Постепенная украинизация, пропитывание настоящей этничностью и пассионарный транзит мы полагаем для русских лучше нынешней безнациональной безысходности. И кровь в замесе лишь улучшает раствор при верном сочетании компонентов. Не так в ДЛНР. Отсутствие этноцемента там попытались возместить избытком воды и фекалий, при нормальном количестве русского песка и щебня радикальных групп. Но сколько крови не вливай в эту кашицу – раствор не встанет.
