Внутри все вопит о том, что пора делать ноги. Иначе быть беде. Снова пытаюсь оттолкнуть, только теперь он всем весом вжимает меня в стену. Шумно втягивает воздух у шеи, сильно сдавив мне ребра обеими руками. Нарочито близко к груди, но, видимо, держась из последних сил, чтобы не смять ее ладонями. И меня просто прошибает на хрен от макушки до пяток. Волосы на затылке шевелятся от силы ощущений, которые возникают, едва он касается моего тела.
— Ты охерел? — хриплю и начинаю биться в его руках как бешеная. Внезапно набравшись сил и отчаянно тараня, чтобы он просто отошел, Господи, просто отошел.
Вырываюсь. Понимая, что наверх не пройду, он тупо загораживает мне лестницу. Спускаюсь ниже. Вроде вот оно — спасение, а ощущение, что меня в ловушку загоняют, как животное на убой. — Ты что, немой, блять? — рычу, пытаюсь трансформировать все, что нахлынуло, в злость. Да во что угодно, только бы убрать эту дрожь в пальцах. И перестать облизывать пересохшие губы, перестать слышать собственное дыхание, потому что уши заложило.
— Сегодня год, как я получил должность в фирме. — Что? Фирма? Должность? Не сразу вкуриваю о чем он.
— Поздравляю, — хрипло и отстраненно.
Закуриваю, не сумев с первого раза чиркнуть зажигалкой. Пальцы, полуонемевшие, дрожат, спускаюсь еще на пролет ниже. Становлюсь между этажами, лицом к окну, спиной к Леше, чтобы не видеть его и сделать вид, что я тут одна. Прикрыв глаза, глубоко втягиваю в легкие дым. Прогоняю никотиновой горечью успевшую расползтись сладостью страсть на кончике языка. Пить хочется нещадно.
Облизываю губы и чувствую на выдохе, как он прижимается сзади. Буквально закрывая меня в капкан своего тела. Обнимая поперек живота и вжимая настолько сильно в себя, что я не могу вдохнуть.
— Перестань, — пытаюсь оттолкнуть спиной, но контакт становиться еще сильнее, хотя куда уж. Меня затапливает. Просто выносит в параллельную вселенную. Ощущение этой животной подавляющей мужской ауры. Силы. И горячего дыхания… Все это вкупе буквально вытравливает последние разумные мысли. Прочищаю горло, чувствуя, как он собирает в кулак тонкую материю моей майки. Вижу в слабом отражении оконного стекла, как оголяется мой живот и ребра. Как закрыты его глаза и склонена голова, а нос утыкается в основание шеи. Явно сдерживает себя. Щекочет дыханием. И плавит, черт возьми, плавит. Твою ж…
Уловив момент, выворачиваюсь и буквально сбегаю от него на улицу. На ночную осеннюю прохладу. С истлевшей сигаретой почти до фильтра между пальцев.
— Что же ты творишь, мать твою, что ты творишь? — нервно. На пределе. Выкинув бычок, снова закуриваю, оглядываюсь, отметив кромешную тьму и звенящую тишину. Вижу его в паре шагов. Спокойно стоящего.
— По-моему, все очевидно, — вздрагиваю от его голоса. — А вот почему ты убегаешь — загадка.
— Тупеешь, видимо, — в пару затяжек уничтожаю сигарету. Уж лучше тошнота, чем возбуждение почти до озноба, бьющего крупной дрожью. — Стой тут, я возьму быстро ключи, заодно проверю ребенка и отвезу тебя домой.
Ловит возле подъезда, без лишних колебаний впивается поцелуем своими такими знакомыми сладко-горькими губами. С настолько дикой страстью, что я еле сдерживаюсь, чтобы не застонать как порноактриса в голос на весь двор, да так, что эхо прокатится до соседнего. И его руки, будто волна, медленно стекают по моему телу. Успев затронуть все от груди до бедер. Так томительно и жадно. А мне рядом с ним всегда многого не нужно, чтобы почти умереть от перевозбуждения. И тело, сука, предатель. Помнит. Сквозь годы помнит.
Даю себе всего секунду насладиться, покрыться мурашками и почувствовать болезненную пульсацию, что сиганула внутри вслед за его горячими пальцами и влажным языком, прежде чем в полуистерике вырваться. А он не держит. Просто смотрит своими пьяными то ли от возбуждения, то ли от виски глазами. И я понимаю, что, не противься я, уже обхватила бы его ногами, и он бы взял прямо у грязной подъездной стены. И он понимает.
Через ступеньку к двери. Вытирая рукавом губы, ероша все еще немного влажные волосы. Сдерживая рвущееся рыдание из груди. Без слез. Пока что. Наверное.
На цыпочках до комода за ключами, а после короткий взгляд в комнату, где тихо спит Ильюша. Рвано дыша, ничего не понимая, действуя как робот. Бесшумно выскальзываю из квартиры. Практически скатываюсь по лестнице из подъезда. Быстрым шагом к машине и пулей за руль.
— Спит? — голос куда трезвее, чем мне казалось. Но отпустить его за рулем — преступление. Отправить на такси, конечно, вариант, но…
— Да, — мимолетно в ответ. — Адрес?
