Наглядным примером подобного сценария является казус ЧВК «Вагнер» и Евгения Пригожина, оказавшихся в серой зоне государства. То ли в России существуют ЧВК, то ли статья за наемничество. То ли был поход на Москву, то ли всем привиделось. Странный «мятеж Пригожина» в августе 2023 года показал, насколько тонка́ материя власти, сотканная из авторитета.
ЧВК «Вагнер» — альтернативная система, к тому же силовая, появившаяся в зоне, контролируемой непубличной властью, которая при этом оказалась вне власти государственной. У частной компании во главе с коммерсантом материализовались самолеты и были интересы за рубежом, перед ней открывались двери в любые властные кабинеты. Мы никогда не узнаем истинных причин, закрутивших пружины этого ключевого события, поэтому можем судить о нем только по косвенным признакам. По всей видимости, это была своеобразная «стрелка» — попытка добиться переговоров с использованием оружия и авторитета.
«Мятеж Пригожина» остался в прошлом, а мы и сейчас не знаем, сколько подобных альтернативных систем, входящих в орбиту государства лишь частично, существует внутри России. Территории с ослабленной государственностью, которыми являются не только новые регионы, но и старые области РФ, втягивающиеся в зону боевых действий, крайне уязвимы для таких систем.
Не стоит забывать и о том, что кризис, подобный украинскому, может ждать Россию в Закавказье и Средней Азии, где сформировались государства, немногим более устойчивые украинского и не менее глубоко пронизанные сетями влияния.
России придется преодолевать украинскую трагедию, выдавливая из себя по капле ересь 1990-х и 2000-х годов, которая привела государство на Украине к краху, разобранному в этой книге.
Украинизация общества и государства России в ходе затяжной СВО видится главным риском в партии «войны до последнего украинца», которую Москве предлагает Вашингтон. Под «украинизацией» я имею в виду отчуждение общества от государственной политики, способное превратиться в лоббизм и коммерческие подряды. Одни будут разрушать и получать медали, другие — строить и получать подряды. Если сформируется прослойка влиятельных элит и политизированное меньшинство, заинтересованное в затягивании СВО, то велик риск перенапряжения государства. В первую очередь его хозяйственно-финансовых ресурсов. Ведь в условиях СВО расходы имеют склонность только расти, а значит, придется жертвовать интересами невоенных социальных групп.
Чтобы выстоять в этом глобальном конфликте, после СВО государству необходимо провести ССО — специальную социальную операцию. Сложно победить в Когнитивной войне и не развалиться, пока наши школы и вузы продолжают клепать западнизированных граждан. Наивно рассчитывать на здравомыслящую позицию общества и в случае, если отечественные излучатели проводят близкое к вражескому эмоциональное разрушение личности: неврастеник под нашими знаменами все равно остается неврастеником.
То, как вернулись и даже расширились социальные льготы для контрактников, показывает, что средства у государства есть. Во время СВО впервые с 1991 года ему понадобилось от общества нечто большее, чем голоса в урне и налоги, — моментально нашлись финансы и выросла скорость принятия решений.
Происхождение, зарождение и крах украинского государства, разобранные в этом томе, могут и должны стать полезным опытом. Украинская трагедия показывает обществу России, насколько опасно увлекаться коммерческими играми политиков, мимикрирующими под политические идеи; принимать за чистую монету риторику высших начальственных сфер и не обращать внимания на магистральные процессы в хозяйстве и финансах. Начальники и «хозяева экономики», в свою очередь, могут увидеть в украинском зеркале то, как общество не спешит защищать отчужденное от него государство в кризисные моменты.
России предстоит сложный конфликт, в ходе которого будет организовано современное эффективное государство и самоорганизовано здоровое конструктивное общество. Если этого не произойдет и мы будем рассчитывать на то, что все организуется само собой, потому что в бюджете много нефтерублей и «начальники обо всем подумают», то украинская трагедия имеет все шансы в одном из сезонов стать трагедией уже самой России.
Ролики «Украинской трагедии» с Дмитрием «Гоблином» Пучковым легли в основу не только этой книги, но и самостоятельных просветительских, исследовательских и коллективных проектов. Данная книга является авторским текстом, в то время как большинство идей и смыслов находится в коллективной сфере.
Поэтому тем, кто всерьез заинтересовался Когнитивными войнами и Украинской трагедией, рекомендую внимательно погрузиться в дополнительные материалы.
Все эти проекты были бы невозможны без участия более чем сотни добровольцев, а также верных подписчиков, которые поддерживают финансово и организационно.
