Мальчик покачал головой.
— Ферму-то нашу давно забрали… Хозяин сначала нас в услужение взял, а потом ему уже господин Филд предложил купить Линни…
Хэйт смежила веки, проклиная сценаристов последними словами.
— Отца твоего звали Анхо?
— Откуда вы знаете?! — воскликнул ребятенок. — Анхо Унылый — это его соседи прозвали, так он по матушке нашей тосковал…
Пазл сложился.
Альфиус забрал ферму и детей — за долги. Сначала Филд выкупил ферму — для своих грязных делишек. Это объясняло и запустение на ферме. Затем, когда шайки не стало, а сам Филд потерял статус в городе, бывший торговец шелками не ударился в бега, а ушел в подполье, вероятно, воспользовавшись связями в "теневом мире". Подготовил партию рабов (не факт, что первую), каким-то образом оказался в доме Альфиуса (причина не важна, а знакомство их не подлежит сомнению), купил Линни. Раз он говорил вполне свободно (а иначе как мог бы Кинни подслушать слова Филда?), Альфиус тоже не относится к числу законопослушных граждан, о том же вопиет и описание квеста "ребенок, преследуемый бандитами". Но обвинения без доказательств выдвигать — дохлый номер, для ратуши без весомых свидетельств Альфиус "почтенный горожанин".
Кинни, украв перстень и пытаясь сбежать от наемных бугаев, выкатился под ноги пришлой, имевшей отношение к предыдущему сценарию. И сценарий нынешний автоматически замкнулся на Хэйт.
Вероятно, если бы девушка сейчас подкинула мальчику золотой "на житье-бытье" и ушла, штрафов от системы не последовало бы: предложенный к обязательному выполнению квест она закрыла. Вот только бесова совесть…
— Где сейчас держат твою сестру, знаешь?
Кинни знал. И даже объяснить смог вполне понятно. Особняк Альфиуса располагался неподалеку от городских конюшен (там, кстати, можно было "оживить" павших в бою ездовых питомцев). Под доминой Альфиуса были устроены вместительный подвал и подземный ход, заканчивающийся в лесочке — за чертой города. Для "подработки" приятеля-работорговца удобнее и не придумаешь… Попасть в подземную часть строения можно было двумя способами: через потайную дверь в спальне хозяина особняка и через искусно замаскированную дверку в лесочке, но там (внутри хода) непрестанно дежурил один из наемников Альфиуса. "С одним-то я уж как-нибудь справлюсь", — решила адептка.
— В-вы прав-вда спасете Линни? — с недоверием в голос мальца вернулось и заикание.
А система порадовала (только теперь!) новым оповещением.
Задание! Хрупкая надежда.
Жители Велегарда испытывают доверие к вам: выручив из передряги сироту Кинни, вы вызвались вырвать из лап работорговцев его сестру Линни.
Награда: нет.
Требования: благополучное завершение задания: Вопрос жизни и смерти.
Штраф за отказ: -250 очков репутации с Велегардом.
Штраф за провал: нет.
Уровень сложности: средний.
— У меня же н-ничего н-нет, — мальчик посерел весь от переживаний. — Перстень был, и т-тот вы приказали вернуть. Нечем м-мне отблагодарить…
Хэйт потрепала ребенка по курчавым волосам.
— Я очень-очень постараюсь. Пойдем, нужно еще тебя куда-то пристроить.
Кинни, конечно же, поднял ор: он-де знает все в особняке, хотя бы помощью вернет ей "долг". За что получил легкий воспитательный подзатыльник и нравоучение:
— Если там с тобой случится что, получится, я зря тебя спасала от подручных Альфиуса. А это я приму, как личное оскорбление, дружок, заруби себе это на чумазом носу.
Дальше мальчишка шел за ней без возражений, а Хэйт прокручивала в уме варианты: куда сбагрить пацаненка, чтобы за время ее отсутствия с ним ничего не произошло и он не сбег оттуда? По всему выходило, что идеальный вариант — Обжорка, но без Сорхо она-то войти в трактир может, а Кинни — нет. Альтернативой был храм Балеона, но обращаться за одолжением к учителю Хэйт не хотелось…
— Сорхо-Сорхо, не с концами ли ты пропал? — пробурчала под нос адептка, открывая список друзей (последнее она проделала, скорее, по привычке, чем с умыслом).
Имя упитанного трактирщика горело, как активное. Сорхо, которого Хэйт видела в последний раз еще до Ярославля, был в игре!
— Кинни, сегодня определенно твой день, — с округленными от удивления глазами сказала она мальцу. — Мой хороший знакомый вернулся, и ты сможешь переждать у него.
Кинни недоверчиво фыркнул.
— Ему-то с чего мне помогать? Все пришлые себе на уме… Ой!
Поняв, что сболтнул, он зажмурился, ожидая заслуженной взбучки, но Хэйт только рассмеялась в ответ.
— Небо на закате — пурпурное, трава чаще всего — зеленая, а Сорхо — добрый. Он поможет: не тебе, так мне. Обязательно.
…Сорхо заявил, что Хэйт пора лечиться. Конечно, сказал он это уже после обмена приветствиями и воодушевленными возгласами вида: "Как же я рад (рада) тебя видеть!" — и разъяснения, откуда появился "малолетний" непись в компании адептки.
