Вообще, то, что их беспрепятственно пустили в особняк и к самому хозяину с "важным гостем", удивило адептку, но спрашивать о причинах она не стала — кто его знает, какие скрытые навыки и достижения у человека, владеющего трактиром в центре города? Это же поле непаханное для развития социальных навыков, только на память Хэйт могла называть красноречие, торговлю и харизму, как раз путем общения с НПЦ и нарабатываемые, а подобных навыков в игре имелось на порядок больше, чем она помнила.
Под конец демонстрации "элитных" блюд Сорхо предложил "господам" отведать собственноручно приготовленного вина — разумеется, абсолютно бесплатно. И "для того, чтобы искупить вину за вторжение без заблаговременной договоренности", попросил позволения накормить слуг дома "пищей полезной и вкусной, но немного менее изысканной".
"Если этот треп сработает, я пожму ему лапу", — нервозно подумала адептка. Это был самый слабый пункт плана: если угощение для господ еще могло быть расценено, как нечто, само собой разумеющееся, то еда для слуг выбивалась из рамок "рекламной акции". Кому охота за просто так тратить время и ингредиенты (читаем, складывая первое и второе вместе: деньги) на каких-то прислужников?
— Ладно, — вальяжно махнул рукой Альфиус (холеный мужчина средних лет, по виду которого и не скажешь, к какой мерзости он причастен). — Если одна из ваших обаятельных помощниц останется с нами… разливать вино по чашам.
Хэйт вздрогнула. Мясо, натертое "специей" со снотворным эффектом для собак было у Маськи, а они стояли по разные стороны длинного стола — расстояние, слишком большое для передачи предметов, следовательно, отправляться кормить слуг следует гноме… "Я — соляная статуя, у меня нет эмоций", — мысленно увещевала себя адептка, решаясь.
— Почту за честь, господин.
— А как зовут прелестную помощницу? — сыто жмурясь, спросил Филд, грузный и краснощекий. — Подлей еще, красавица, и себя не забудь.
Девушка вдруг расслабилась: урод, который пялился на ее… бюст, делал это из-за эффекта платья и прописанной схемы поведения. Так чего волноваться-то? Да, сама ситуация немного щекотливая и нервозная (последнее из-за ожидания какой-нибудь "подлянки" в процессе усыпления неписей), но едва ли "господа" НПЦ кому-то расскажут о виденном, разве что в камере на допросе, другим НПЦ, а это не повод для волнений. "И чего меня так клинило?" — спросила сама себя Хэйт, вспомнила вопрос, который задал ей Сорхо в первые пять минут после встречи. "И впрямь заигралась…"
— Я на службе, господин. Не могу ни выпить с вами, ни назвать имени — таковы правила, — напропалую врала она, доливая в чашу вина до краев.
Вино должно было слегка замедлить действие снотворного, что было им на руку — лучше, чтобы весь дом уснул примерно в одно время, и никто не успел поднять тревогу.
— А после службы? — вкрадчиво поинтересовался хозяин дома. Движения его стали вроде бы более плавными, замедленными, из чего Хэйт заключила, что момент "икс" вот-вот настанет.
— А после службы я уже не столь прелестна, — для разнообразия честно ответила она. — Еще вина, господин?
Не хватало только, чтобы Альфиус вырубился быстрее Филда: за дверьми роскошной столовой стояли телохранители работорговца, подними один из них шум, и придется устраивать бойню вместо тихого прохода по "сонному царству". Сорхо с Маськой далеко, неизвестно, какие уровни у охраны, так что победа адептки в случае чего весьма спорна.
И главное, если в доме начнется бой, что предпримут те головорезы, что находятся в подвале, при рабах? А если у них приказ — избавиться от живых "улик" в случае угрозы раскрытия хозяйского "бизнеса"? Этот вопрос во время обсуждения плана подняла гномка, заставив Сорхо и Хэйт задуматься, а Кинни — затрястись от страха за сестру.
Увы, никаких идей по поводу того, как свести риск к минимуму, не возникло. Кроме ненадежного метода с вином…
Поэтому, наблюдая за тем, как глазки, только что прожигавшие дыры в области ее пикантного выреза, заволакивает сонная пелена, как смыкаются веки главных в особняке неписей, Хэйт не столько радовалась, сколько переживала. Уснули они, впрочем, синхронно, легко и даже забавно: Филд, по классике жанра, лицом в салат, Альфиус с чашей у рта. Занесенная рука дрогнула, чаша опрокинулась, заливая красным вином подбородок и широкое белоснежное жабо, прозванное Хэйт слюнявчиком; пальцы уснувшего непися разжались, чаша полетела вниз. Девушка метнулась, перехватывая посудину у самого пола — не хватало еще, чтобы на грохот вбежала охрана.
— Кх-м, — раздался знакомый кашель. — Юбку одерни, а? И разогнись… Ты так проверяешь крепость сна этих двоих?
— С-с-сорхо, — процедила сквозь зубы адептка, распрямляя спину. — Заботливый ты мой… Что с остальными? Спят?
Мастер-кулинар усмехнулся.
— Дрыхнут без задних ног, некоторые даже без лап. Это я про собачек. Ход нашли, ключи к нему тоже, твоя милая подруга ждет тебя там. Иди, геройствуй.
— А ты? — недоуменно спросила Хэйт.
Сорхо пожал плечами.
