— Так или иначе, раз она хочет твоего внимания, то ещё увидимся, модель полётного устройства с щитом вышла неплохая. — Эон, пожав мне как новому коллеге руку, исчез.
— Ох… Ладно, Кармит, давай, только никаких подозрительных веществ и требований услужить к моему апостолу! — сказала Инис и вместо Эона появилась Кармит.
— Надо же, одетая, — решил я пошутить и она действительно усмехнулась.
— Конечно, мы же приличные стражи, да? И он не твой апостол, подруга, не забывай.
— Да я знаю, знаю. Просто привыкла его так называть, — вздохнула Инис.
Теперь начался уже более светский разговор, пока Широ с неподдельным интересном воплощала схему на бумаге, иногда уточняя у меня детали мысленно, так что я, не отвлекаясь от разговора передавал уточнения.
— Ладно, Инис, Артуру ещё выспаться и продолжить поиски надо, и раз уж ты мешаешь это делать мне, то — ложись! — приказала она, указав на появившейся столик.
— Нашла лазейку… Я сама, — начала Инис.
— Не-не, поздно, — Кармит вскочила, а на мне одежды почти не осталось.
— Ох, как хочешь. — я подчинился и лёг на живот, повернувшись головой к Кармит, которая уже схватила из воздуха масло и быстро приступила, начав с шеи. Она действовала жёстче Инис, которая со вздохом отвернулась, кажется начав игнорировать происходящее. Сильнее давила, залезая на стол и встав на колено рядом, упарившись своим небольшим веслом. — Могла гравитацию увеличить, а не залазить.
— Так интереснее, ну как, кто из нас лучше? — спросила Кармит.
— Не знаю. Разные подходы, — протянул я, чуть выгнув назад плечи, чувствуя волну мурашек по телу. — Ты решила мне ответить тем же, да?
— Может быть, — она буквально легла на спину, приобняв. — А может мне просто хорошо… Поменяться бы с Широ…
— Кармит, ты переходишь черту, — строго сказала Инис.
— Отстань, дай мне разок ощутить это. То, что люди могут чувствовать каждый день. Космос слишком холоден для меня, подруга, — сказала она, не двигаясь, положив голову на спину и обхватив торс ручками. Вот так ситуация… делает, что хочет. А я полежу… вопросы, что ли, позадавать пока…
— Разве ваше сознание не формируется заново в момент смерти прошлого Хранителя? Как такое может быть, что тебе ближе общество людей?
— … Не совсем… Личность слишком сложная штука, чтобы взять и создать из ничего, — ответила она, не двигаясь. — Нас буквально собирают из обрывков того, что было у людей. Коллективная личность, слитая в одну, подходящая, но уникальная. Изначальные в начале были больше похожи на механизм, на живые машины. Своими личностями обрастали позже, когда появился… материал что ли. Подходящий для создания того, кто будет по своей воле и с правильным устремлением приглядывать за стабильностью вселенной. Мы не помним полноценные жизни людей… но до нас доносится множество обрывков разных жизней, ведь личность — это результат опыта.
— Ты скучаешь по… обрывкам тех жизней? Хотела бы пожить одну из них, а не вести вечную службу вселенной?
— Иногда очень. Но вместе с тем… моё место здесь, не где-то ещё… и это честь для меня. Говорят, с возрастом свыкнусь больше, — она встала и спрыгнула, выглядя, как ни в чём не бывало.
— Я, пожалуй, ещё полежу, — кашлянул я.
— Ой, да не стесняйся, это всё же комплимент мне, — натянула она широкую ехидную улыбку, но на мне появилась одежда и на том спасибо.
— Я тоже так хочу… — ощутил я укол зависти. Как удобно так уметь!
— Научишься, позже. А теперь, думаю, ты уже сам собираешься продолжить свою гонку, —сказала Кармит. Я себя и правда великолепно чувствовал, а от того что Кармит сделала предпочту абстрагироваться, причуды древних существ. Внутреннего отторжения не чувствую.
Очнулся уже в объятиях Широ.
«Я тоже теперь вспомнила то безумное одиночество», — передала она мне.
«У неё есть другие Хранители и с кем она там ещё общается. И целая вселенная чтобы на неё смотреть. Но простим ей эту слабость. Да?» — мягко сказал я, подтянув её поближе.
«Да, всё равно ты наш… навсегда», — сказала она с теплотой.
«Я ведь мог бы ей отказать, она мне ничего не сделает, но…»
«Дело уже не в том, что ты боишься отказать Хранителю, даже такому что скрывает свои импульсивные порывы, лишь слегка меняет выражение на лице и сверкает такими же жёсткими, как у тебя глазами. Просто тебе не трудно, и ты вспоминаешь обещание, тепло ей не помешает… я тоже нахожу это странным и вместе с тем, кто мы такие, чтобы судить?»
Да… может быть. И вместе с тем я всегда считал, что кто-то видевший всё, столь древний более не подвержен эмоциональным проявлениям. И если желание увидеть или услышать что-то новое мне понятно, то это скорее проявление… слабости.
«И опять же: кто мы такие, чтобы судить? Почему ты оцениваешь то, как должны вести себя древние существа, человеческими мерками и ожиданиями? Она выполняет свой долг, уверена, беспристрастно. Легко казнит народы, что пойдут против целей Хранителей. Нет наивности, объективная оценка всего, проницательность и мудрость, без человеческих пороков и комплексов. Но почему она должна быть отрешённой машиной, что не способна более ничего ценить и желать?»
