Пока шел, задумался о твари, если б я не махнул рукой, просто махнул рукой, именно так, мои дни были бы сочтены. Мне элементарно повезло, и никакая «сила» бы мне не помогла, если бы я не попал. Да и моё закрытие глаз и почти состоявшееся открытие кирпичного завода говорит о многом. Либо я не такой храбрый, как мне казалось, либо это уже рефлексы. Хотя, скорее, все вместе. Где-то я слышал, что воином человека делает не меч или любое другое оружие, а готовность убивать и быть убитым. Я пока в себе готовность быть убитым не чувствую, но и убивать не горю желанием уж точно.
Но тварь ту я бы убил еще раз, не раздумывая, хотя и готов поблагодарить за то, что спустила меня на землю, приоткрыв мои качества, которые меня не красят, хорошо, что никто не увидел.
Из этого следует, что нужно не просто бегать и прыгать — при встрече с врагом мне эти навыки не сильно помогли — а вот владение ножом и топором мне бы пригодилось, полезные умения. Почему-то мне кажется, что отец умеет топором не только дрова рубать, уж больно он себя тут уверенно чувствует. Когда вернется, нужно будет с ним поговорить об этом. И его оговорка, по поводу того, что скрилы на взрослых не нападают, якобы бояться их, а вот меня не испугались. Интересно, сколько его яйца стоят, может обзавестись нормальным защитным комплектом и открыть на них охоту, надо с отцом обсудить идею.
Мама встретила меня с облечением, переживала, наверно, сильно. Успокоив ее и сказав, что отец тоже скоро будет дома, отравился есть. Насытившись, вспомнил отцовские слова о том, что я уже пролил кровь врага и якобы мелкий воин, на что решил, раз уж я воин, то негоже мне бояться огня. Защита была полностью готова, так что пошел растапливать горн и ковать гвозди, отец постоянно про запас отливает пару прутов для меня. Силы благодаря энергии было достаточно, растопка горна, а затем последующая перерубка зубилом прута не заняла у меня особо много времени. Как только получил заготовки из двух прутов, принялся ковать гвозди, что на удивление у меня получалось легко и быстро, так как я ковал уже, можно сказать, на автомате. Сложности работа не вызывала, а вот качество поднялось на новый уровень, благодаря легкости в теле гвозди как свежие пирожки пополняли коробку, я не заметил, как использовал все заготовки, и вот в ящике на двадцать гвоздей стало больше. Закончив и прислушавшись к себе, понял, что заряд иссяк, дальше только мои обычные силы остались.
К тому моменту, как пришел отец, я заканчивал убирать кузню. Уже все дома знали, что я в мастерской работаю сам. Мама, которая пришла меня выгонять домой, но не смогла, бегом принялась рассказывать отцу, какой я плохой и много себе позволяю, и что вообще я мал, чтобы самому там хозяйничать.
— Ты посмотри на него, у него же нет открытого участка на теле, весь словно в броне. А что воину в доспехах может грозить в какой-то кузне? — весело сказал он маме, а мне подмигнул. — А на вечер у меня для вас хорошие новости. Вот поедим, и я расскажу вам все. Так что, мать, а ну бегом на кухню, добытчик пришел!
Мама с улыбкой пошла накрывать на стол, а отец подошел ко мне и попросил отдать ему сверток. Мигом сбегал за ним, а отец моментально положил его в свою сумку.
Вечером отец рассказывал занимательную историю, как он героически победил скрила, на что мама удивилась, сказав:
— Ты ж говорил, что скрилы, учуяв взрослого, носа не высунут из чащи леса, а тут попал в силки? — она явно была скептически настроена.
— Так я ж сегодня на полпути поставил силки, а сам пошёл дальше. Сильно далеко у скрилов нюх не берет, вот и не уловил запах, а может какой-то дурной был. Кто его знает, что у этих тварей на уме, — поспешил заверить ее отец.
— Эх, дела, скрилы дуреют так, что может уже и сами из лесу скоро вылазить будут, а ты как раз решил Джо с собой брать! А что, если на него нападут? — взволновано причитала мать.
— А ну цыц! Наводишь тут страху, я за десять лет скрилов не встречал, а тут какой-то дурной в силки попался, и ты сразу начала! Все будет нормально, а если всего бояться, то и помрем тут с голоду! Руду где брать? Мы только благодаря ей еще сыты, так что молчи и лучше принеси мне медовухи, а то что-то много сегодня эмоций за день, — как-то под конец погрустнев, сказал отец.
