Пудинг была так удивлена, увидев припаркованный возле их коттеджа полицейский автомобиль суперинтенданта с пыльными колесами и похожими на широко раскрытые встревоженные глаза фарами, что остановилась и на миг уставилась на него, пытаясь понять, что означает его появление. Суперинтендант Блэкман, констебль Демпси и ее родители сидели за столом на кухне. Перед ними стояли чашки чая. Рут, служанка, хлопотала у плиты, вся обратившись в слух. Луиза Картрайт выглядела взволнованной – как и полагалось матери, сына которой арестовали, – но в данный момент Пудинг это очень не понравилось. Когда она вошла, в воздухе повисла звенящая тишина, и девушка тут же покраснела, чувствуя себя так, будто сделала что-то непозволительное.
– Привет, Пудинг, – поздоровался констебль Демпси и замолчал под строгим взглядом начальника. Пудинг вспомнила игру под названием «убийца», в которую играла по воскресеньям, когда была маленькой. Ребята из Форда и Слотерфорда молча вставали в круг, и «убийца» незаметно подмигивал тому, кого хотел «убить». Остальные игроки пытались вычислить «убийцу», прежде чем сами будут убиты. Пудинг бросила взгляд на Пита Демпси, обнаружила, что тот пристально смотрит на нее, и уставилась на него в ответ. Это продолжалось довольно долго, пока ей не стало казаться, будто каждый из них ожидает, когда другой подмигнет. Наконец вид напряженного лица Пита заставил ее неуместно хихикнуть.
– Мисс Картрайт, не могли бы мы с вами продолжить разговор о последних событиях? – проговорил Блэкман без всякого предисловия, и Пудинг поняла, что на самом деле это никакой не вопрос.
– Да, конечно, – промямлила Пудинг и принялась размышлять над тем, является ли преступлением обвинить кого-то в убийстве, смогут ли Хадли привлечь ее за это к ответу и как спасти Донни, если она сама окажется в тюрьме.
– Хорошо, – сказал Блэкман, поднимаясь на ноги. – Есть ли другая комната, где мы могли бы поговорить? – обратился он с вопросом к хозяину дома, который тоже встал.
– Да, конечно. Сейчас проведу вас в гостиную, – проговорил доктор.
Но суперинтендант поднял руку и произнес:
– Не беспокойтесь, доктор Картрайт. Уверен, ваша дочь сама может показать мне дорогу. Пожалуй, будет лучше, если вы пока останетесь с женой.
С этими словами он подал девушке знак, чтобы та шла впереди, и Пудинг, озабоченно взглянув на отца и Рут, стоявшую за его спиной, повиновалась.
Блэкман закрыл за собой дверь гостиной. Пудинг стояла, ожидая позволения присесть, хотя они были в ее доме. Лицо у полицейского было таким настороженным и непроницаемым, что Пудинг, хотя ей нечего было скрывать, испугалась, оставшись с ним наедине: в его присутствии у нее возникло чувство, будто она сделала что-то дурное. Блики на круглых очках суперинтенданта мешали видеть его глаза. Темные волосы, густо намазанные бриолином, лоснились, кожа была гладкая, без морщин, – несмотря на важный вид гостя, Пудинг показалось, что он не намного старше, чем был Алистер.
– Итак, мисс Картрайт… – начал он.
– О, все зовут меня Пудинг, – сказала девушка, пытаясь улыбнуться, чтобы немного расслабиться.
Суперинтендант пристально на нее посмотрел, и она решила больше его не перебивать. Потом он заговорил с четким выговором человека, старающегося преодолеть свой местный акцент:
– Мисс Картрайт, я понимаю, что недавнее несчастье вас очень расстроило. Что вы до сих пор находитесь под впечатлением случившегося. Для такого, по сути, ребенка, как вы, было ужасно стать свидетельницей жуткого убийства на фабрике, о чем я глубоко сожалею. Я понимаю, что вы были привязаны к мистеру Хадли и очень любите брата. Могу себе представить, что потерять их обоих таким образом весьма печально.
– Я не ребенок, мне почти шестнадцать, и я не потеряла Донни, – решительно проговорила Пудинг. – Донни не убивал мистера Хадли.
– Это ваше мнение. А теперь, мисс Картрайт, от вас потребуется очень внимательно выслушать вопросы, которые я собираюсь задать. И мне нужно, чтобы вы поняли одну вещь: вам следует ответить на них настолько правдиво, насколько это возможно. Это означает, что меня интересуют факты, в которых вы уверены, а не выдумки, которые вы хотите считать правдой. Надеюсь, я выразился достаточно ясно?
– Да, мистер Блэкман.
– Суперинтендант Блэкман. Итак, мисс Картрайт, что вы можете сказать об отношениях между миссис Хадли и вашим братом Дональдом?
– Об их отношениях? Что вы имеете в виду?
– Они были близки? Возможно, они… дружили?
– Ну… нет. Я так не думаю. Мне кажется, Ирен Хадли вообще ни с кем здесь не дружила.
– Да. Мне говорили, что с момента приезда она не интересовалась жизнью деревни и не слишком стремилась… к тому, чтобы Слотерфорд стал ее домом.
– Что ж, это совершенная правда.
– Так вы никогда не видели Ирен Хадли и вашего брата вместе?
– Что значит быть вместе?
– Например, разговаривать. Или, возможно, она приглашала Дональда в дом? На чай?
Пудинг в недоумении уставилась на полицейского. Тот ответил выжидающим взглядом и долго смотрел на нее, не моргая.
– Нет, конечно, ничего подобного не было, – заявила она наконец.
