Надо думать, окажись на пути девушки провал, она бы перемахнула через него не раздумывая. Но вместо провала на дороге ей попался вывороченный из земли корень, предательски подвернувшийся прямо под ноги. Кира даже не почувствовала, что споткнулась: просто земля вдруг ушла из под ног, а попытка продолжить бег закончилась коротким полётом и чувствительным ударом. Монстр, не ожидавший от жертвы такого манёвра, перелетел через неё, затормозил всеми четырьмя лапами и развернулся одним прыжком. Кира подняла голову и встретилась с чудовищем взглядом. Теперь их разделяло четыре шага. Даже если она побежит, монстр догонит её в два скачка, причём, судя по взгляду чудовища, он отлично это понимал. Почему-то именно сообразительность зверя злила больше всего (конечно, это не значило, что когти и зубы пугали меньше).
Спасение явилось, как ему и полагается, неожиданно: откуда-то сверху прилетел снаряд в виде гриба, угодивший монстру в нос и взорвавшийся с характерным хлопком. От неожиданности зверь слегка окосел, потом замотал головой, но тут снаряды посыпались буквально градом со всех окрестных деревьев, вмиг окутав всё тело монстра зелёным туманом. Запрокинув голову, Кира увидела птичками рассевшихся на ветках женщин и детей, которые очень ловко и сноровисто обстреливали монстра из рогаток грибами. Не выдержав натиска, тварь заверещала и побежала, почти ничего не видя перед собой, в сторону ограды. Постепенно завывания удалились, а затем и вовсе стихли. Аборигены для верности выждали ещё минуту и стали спускаться на землю.
На восторженные крики или иные проявления радости не было даже намёка — для селян это была обычная ночь, разве что на сей раз никого не сожрали. Люди начали разбредаться по землянкам, на ходу подбирая оброненные копья и мешки с грибами.
— Не надо тут спать, тут холодно. — услышала Кира над собой вежливый голос.
Лилле участливо похлопала девушку по плечу.
— Правда, лучше в доме поспи.
— Мне… не хорошо… — пролепетала девушка трясущимися губами.
— Может, съела что-то не то? — предположила Лилле.
Кира глянула на женщину — глаза у той светились таким святым участием, что Кира несколько секунд смотрела с полуоткрытым ртом, не зная, что сказать.
— Меня только что чуть на кусочки не порвали! — выпалила она наконец, на что получила вполне логичный ответ:
— Но ведь не порвали же. Тем более, ты ведь всё равно умрёшь. Разве тебя не должны скормить дракону?
— Спасибо, что напомнила, а то я уже и забыла. — голос у девушки сорвался.
Она кое-как встала на ноги и побрела к землянке, размышляя о причинах такого странного поведения у селян: была ли виной тому извечная готовность к смерти? Может быть, они целыми поколениями существовали бок о бок с таким вот монстром, и привыкли к смерти до того, что стали равнодушны даже к собственному спасению, не говоря уж о чужаках?
Или, всё-таки, грибочки оказывают воздействие не только на чудовище?
После вынужденной задержки в лесу, атаман спешил наверстать упущенное, поэтому разбойники гнали быкотуров. Конечно, на сколько позволяла дорога. Кира тряслась позади атамана. Впервые в жизни она ощутила все прелести езды верхом, «оценив» удобство передвижения на бычьем крупе. Мысленно она сделала ещё одну зарубку в своём личном списке «на что следовало потратить лучшие годы» и утешалась только тем, что никогда, в сущности, не грезила верховой ездой, так что и разочаровываться не пришлось.
Разбойники дорогу знали отлично: несколько раз Кира замечала признаки близкого жилья людей, но больше они так никого и не встретили, а вскоре лес закончился, и началась открытая равнина. Широкая дорога уходила к горизонту, упираясь в далёкую точку между небом и землёй, а над горизонтом неясным контуром вырисовывались дымчатые очертания, в которых Кира с удивлением признала горы. Хотя чему было удивляться, где ещё могли обитать драконы, как не в горах?..
Несколько дней продолжалась скачка, перемежавшаяся только краткими остановками днём и холодными привалами ночью. Горы за это время, казалось, не приблизились ни на йоту, но однажды утром они оказались почти рядом, и под копытами быкотуров застучали камни. Они свернул на восток и двинулся вдоль русла пересохшей реки, сплошь усеянной каменным щебнем, а ближе к вечеру у подножья гор появились огни. Кира так устала, что не обращала ни на что внимания, и город она заметила, только когда разбойники начали оживлённо переговариваться, предвкушая близкий отдых.
— Сперва загляну в Дом Отдохновения матушки Сиир. — мечтательно протянул один, с блаженным видом вглядываясь в горизонт.
— Тебе бы не помешало наперёд в банный дом госпожи Орин зайти. — поддел его второй.
