Но когда она их открыла, картина не изменилась.
Иван лежал на ковре, и по светлой его поверхности растекалось огромное пятно, похожее на ржавчину. Глаза мужа были открыты и смотрели прямо на нее с безграничным изумлением, как будто смерть для него была самой огромной неожиданностью на свете.
Галина снова почувствовала головокружение и, зажав рот, выскочила прочь из комнаты.
Подлетев к телефону, она набрала номер милиции и проговорила, пытаясь справиться с голосом, который стал хриплым и тихим:
— Скорее… Кто-то убил моего мужа!
И когда она произнесла это вслух, спасения уже не было — жестокая реальность вторглась в ее жизнь, безжалостно сломав ее.
Галина Николаевна заплакала, как маленькая, потерявшаяся девчонка.
Машина ехала по темным улицам, таким родным и вдруг в мгновение ока ставшим чужими и опасными.
Если вы думаете, что я была спокойна, то заблуждаетесь, — не такая уж я и бесстрашная!
Чувствовала я себя мерзко — с большим удовольствием я оказалась бы сейчас дома, а не в этой машине. Но работа есть работа, никуда от нее не денешься, а моя вот такая странная и опасная.
Лео молчал, лишь изредка бросая на меня выразительные взгляды, по которым нетрудно было догадаться, что этот бонвиван не задумываясь начнет меня обольщать, как только получит на это мое высочайшее соизволение. Я же была занята мыслями об Этель Мальпер и ее папаше, равно как и о странном террористе Жабе, который вообще непонятно почему так заинтересовался личностью этой девицы. Еще я раздумывала, чем же «грязным» занимался в свободное от организации отдыха нуворишей время господин Мальпер?
На мой взгляд, человечество в последнее время успело привыкнуть ко всему. Даже торговля оружием перестала потрясать воображение.
Так чем же он занимается? И как это все связано с Жабой?
С Жабой напрямую связан терроризм и вооруженные налеты. Еще вот киднепинг…
Предположить, что скромный господин Мальпер занимается киднепингом, я пока не решалась. Хотя черт его знает…
«Ладно, — решила я. — Вот приеду, ознакомлюсь с обстановкой, а там, может быть, удастся все это понять. И сделать надлежащие выводы».
— Не бойтесь, — нарушил внезапно тишину Лео.
— Я и не боюсь, — отмахнулась я.
— Боитесь, — протянул он. — Очень боитесь. Вы ведь нормальная девушка?
— Не уверена в том, что я абсолютно нормальна, — фыркнула я.
— Можете ничего не бояться, — настойчиво повторил он, снимая одну руку с руля и мягко накрывая ею мою ладонь. — Я буду с вами рядом и никогда никому не дам вас в обиду. Вы мне верите?
Я подняла глаза.
Он смотрел на меня так спокойно и тепло, что я кивнула.
— Ну вот мы и приехали, — сказал он, нарушая атмосферу доверия, возникшую между нами. — Помните о том, что я вам сказал.
Мы вышли из машины. Мальпер жил в неплохом особнячке! Я присвистнула.
— Однако…
— Да уж, вам придется привыкнуть на время к роскоши, — рассмеялся Лео. — А вот и господин Мальпер.
Я увидела Мальпера, вылетевшего на холод без пальто.
— Этти! — закричал он, и я отдала должное его актерскому мастерству. — Этти! Девочка моя, ты нашлась!
Еще через мгновение я очутилась в объятиях своего, как выяснилось, чадолюбивого «папеньки».
— Этти, как хорошо, что ты нашлась!
Бог ты мой, какие же они все тут хорошие актеры!
На сей раз ко мне с объятиями метнулся мой давешний водитель. Я попыталась соответствовать уровню их мастерства, но, честно говоря, куда больше меня заботила мысль, перед кем они разыгрывают весь этот спектакль.
Если учесть, что в комнате находились «папа», Лео, Элен и мой сопроводитель и все были прекрасно знакомы с истинной Этти, можно было воскликнуть вслед за Алисой: «Все чудесатее и чудесатее!»
— Конечно, тебя следует отругать, потому что ты все-таки нарушила наш договор, детка!
— Но мне так хотелось посмотреть на зиму, папа! — нахмурилась я. — Да и что со мной может случиться?
Черт побери, весь этот спектакль затеян не просто так!
Я оглянулась на Лео. Он выглядел немного напряженным, его глаза были устремлены в дальний угол комнаты, а брови сдвинуты на переносице.
«Лео явно нервничает», — с удивлением отметила я, пытаясь проследить за его взглядом.
Я оказалась в другом мире. Нет, тут не было излишней роскоши, но комната была обставлена с изяществом и вкусом истинных французов.
И, представьте себе, тут был камин! Ах, как я мечтала зимой о камине! Моя мечта, увы, пока остается невоплощенной, поскольку некуда засунуть мне этот камин на моем седьмом этаже в малогабаритной квартире!
Вот куплю себе особняк в Ливановке, там и размещу мечту своей жизни!
По стенам висели картины. Я вздрогнула, увидев их. Здесь был мой любимый Серов и еще наш местный художник, не менее мной любимый, — некий Андрей Лушин, умерший лет десять назад в полной нищете. Сейчас его странные картины, преисполненные мечтательности и отрешенности от земного бытия, говорят, стали стоить бешеные деньги, а сам Лушин приравнен к классикам.
А для меня он еще и маленькая романтическая история из детства.
Так что я подошла к картине, на которой сквозь ветви ивы на меня смотрели мечтательные зеленые глаза юной дриады, и сказала:
— Вы его любите?
