Очень резкий сигнал сирены прорвался в колонки Вернера, на экране затеял безумную пляску демон в подгузниках, как будто настал конец света. Вернер совершенно забыл о Чарльзе и нажал клавишу «ВВОД». Заработала камера, установленная на одной из башен маленького итальянского городка, и в кадре появилось старинное здание, средневековый дворец. Вернер отключил сигнализацию и принялся внимательно следить за изображением. На единственный балкон здания, который много лет не видели открытым, вышли два человека. Они принялись крепить что-то на внешней стороне балконной балюстрады. Это был отрез байковой ткани, который они затем спустили вниз, до самой площади. Синее знамя встрепенулось на ветру. Стал виден изображенный на нем щит, на котором были вышиты три ряда коронованных башен, по три в каждом; из-под каждой башни расходились лучи света — красные и желтые пятна на синем фоне.
Вернер поежился. Он переживал исторический момент. Герб извлекли впервые за пятьсот лет. Встреча должна была состояться впервые в истории. И это могло означать только одно: Чарльз завладел знаменитой библией Гутенберга или сделает это очень скоро. В этот момент Вернеру пора было выходить на сцену. Он перестал досадовать на то, что ему не удалось подслушать разговор Чарльза и Кристы, и задумался, не у него ли библия. Он встал, чтобы открыть бутылку шампанского «Круг Кло д’Амбонне», единственного шампанского блан де нуар, входящего в десятку лучших в мире, и съесть гамбургер, который приготовил себе чуть раньше.
Криста, слегка встревоженная состоянием Чарльза, ушла в ванную, оставив дверь приоткрытой. Кто-то постучал в дверь номера. Выглянув из ванной, женщина попросила профессора открыть. Оказалось, что это мальчик-посыльный принес фен. Он стоял на пороге в ожидании чаевых. Чарльз не сразу понял, почему тот не уходит. Он достал из кармана бумажник, но в нем были только крупные купюры, поэтому он двинулся к двери ванной комнаты, чтобы спросить у Кристы, нет ли у нее мелочи. Не удержавшись, он заглянул и увидел спину Кристы в зеркале. Вся она была покрыта шрамами от самой шеи, по крайней мере там, где он мог видеть: примерно до середины спины. Десятки шрамов, глубоких и поверхностных. Стало ясно, что эту женщину когда-то жестоко пытали. Криста повернула голову, Чарльз постучал в дверь и спросил, нет ли у нее мелочи.
Та отозвалась:
— Мой кошелек на прикроватном столике.
Чарльз взял его в руки. Открыв его, он заметил удостоверение сотрудницы Интерпола и узнал хорошо знакомое изображение: земной шар в окружении оливковых веток. Земной шар был пронзен мечом, а ниже были нарисованы весы. Он впервые видел этот логотип, но прекрасно его знал, поскольку вырос с ним рядом. Профессор помнил, что именно он был на северной стене винного погреба его деда, вместе с надписью
Когда мальчик ушел, Чарльз принялся изучать эфес меча. Появилась Криста, уже одетая. Он собрался что-то сказать ей, но та заговорила первой:
— У меня сегодня маковой росинки во рту не было, и у вас, думаю, тоже.
— Я не голоден.
— Боюсь, вам грозит гипогликемия. Недавно у вас кружилась голова.
— Не кружилась.
— О, еще как! На вас сильно давят. Столько всего свалилось на ваши плечи, и, полагаю, встреча с комиссаром тоже прошла не в самой непринужденной обстановке.
— Почему же? Обычное криминальное танго.
— Вам обязательно нужно что-нибудь съесть.
— А что нам делать с мечом?
Взяв в руки мобильный телефон, Криста сфотографировала меч и ножны со всех сторон.
— Заверните его снова, — сказала она, — и положите в сейф отеля. Вы не можете носить его с собой повсюду, и сидеть здесь, постоянно охраняя его, тоже. Рано или поздно вам придется выйти.
— Да, придется выйти в аэропорт, причем чем скорее, тем лучше.
— А как вы собираетесь пронести меч в аэропорт? У вас нет никаких документов, подтверждающих право на него, и он явно представляет собой историческую ценность. И, раз уж вы задумались об этом, как вы собираетесь переправить этот меч в Соединенные Штаты?
Об этом Чарльз как раз и не думал. Криста была права. Тем более сейчас, когда за ним гонится Ледвина: любая попытка вывезти столь ценный объект из страны даст комиссару возможность, в которой он так нуждался, — арестовать Чарльза. Придется придумать выход, причем быстро, как только он поймет назначение этих странных механизмов на мече, и смысл надписи на испанском, и символику гербов. Столько всего нужно было выяснить! Пора остановиться и перевести дух. Он почувствовал, как в животе заурчало. И тут Криста была права. Они отправились вниз — ужинать.
